Похороните меня под «Продиджи»

Из-под бежевой ткани кепки выглядывали русые кудри. Мила внимательнее посмотрела на спасителя и охнула: это же был Гарри!

Гарри насторожился. Красивого изгиба брови под оправой нахмурились. Он понял, что она его узнала. И, кажется, он тоже раньше видел её. Хотя не знал наверняка: полная, бледная, с ничем не примечательным лицом –мимо такой девушки он мог пройти десяток раз и не запомнить.

Гарри вернул Миле устойчивое положение и быстрым шагом направился дальше, не услышав робкого «спасибо».

Милу распирало любопытство: Гарри явно спешил, но куда? Она посмотрела на ступни, в которые начали врезаться ремешки туфлей, на стремительно удаляющуюся фигуру.

Была – не была! Мила решила проследить за молодым любовником убитой женщины, только в следующий раз падать на другого прохожего. Она оглянулась по сторонам: вдруг он уже «под колпаком» – следователей или журналистов. Однако людей с биноклями и фотоаппаратами, с проводами-пружинками, тянущихся из ушей, не увидела.

Впрочем, не заметила и человека, следящего за ней.

Глава 4. Обстоятельства смерти

Гарри шёл, сосредоточившись на своих мыслях. Лины больше нет, а его подозревают в её убийстве.

Следаки уверены, что у него был повод – классический для альфонса: желание избавиться от немолодой любовницы, сопровождаемое корыстными целями. Он уже получил от неё шикарную квартиру. Она не забыла вписать для него сумму с шестью нулями в завещании. Об этой последней воле подозреваемый мог знать. И знал, конечно!

Была и возможность совершить злодеяние.

Подозреваемый достаточно много времени проводил с Линой в её загородном доме. Персонал привык к их уединению. В момент жестокой расправы хрупкая женщина не смогла противостоять, а рядом никого больше не было.

Её нашли после очередного уединения. У Гарри перед глазами до сих пор стояла страшная картина. Лина лежала на полу. Пышные волосы и полы любимого пеньюара были веерами разбросаны по мягкому белому ковру. Возле узелка тоненького пояска рваные края шёлка и отвратительные красные пятна, продолжающиеся под худенькой талией.

Ладонь правой руки вытянута к двери, словно в ожидании помощи. На лице застыли ужас и обреченность, в приоткрытых глазах немой упрек.

Прошло уже несколько дней, а Гарри до сих пор бросало в дрожь от этих воспоминаний. Всё сложилось странно, по-дурацки.

…После очередного секс-марафона он расслаблялся в джакузи, слушая через наушники рэп. Он наслаждался одиночеством, пузырьками и музыкой.