Назначение души

Правда, потом Ксения Ивановна с немалым азартом, просматривавшая передачи, пересказывала содержание пропущенных дочей сногсшибательных серий. И порой даже в ролях передавала всё, что там наблюдала, что особенно забавляло Наталью и создавало впечатление о доморощенном "Доме".

"Ну, хватит с меня! Академиком я не собираюсь становиться – пусть разные замороченные придурки идут в академики и ломают головы над разной чепухой!" – сказала она сама себе, – "У меня дела поважнее: жизнь с людьми меня волнует больше, чем жизнь в обнимку с микроскопом!"

Она облегчённо выдохнула – большая гора с плеч долой, ведь некоторая информация по жидким кристаллам всё-таки прижилась в её красивой голове.

В итоге действа по имиджу саму её повергли в шоковое состояние: в отражении в зеркале красовалась точёная фигурка в деловом костюме, гладко зачёсанные назад и собранные в густой пучок блестящие волосы; на тонком прямом носу красовались стильные очки в чёрной круглой оправе.

Из кухни, где что-то шкворчало и булькало, выбежала Ксения Ивановна, раскрасневшаяся, как помидор, вся растрёпанная в небольшом мучном облачке.

– Вот, это да! Ты – настоящая королева, и нет тебе равных!

Она хотела приобнять дочь, но та брезгливо отстранилась, ужасаясь неряшливому виду матери и опасаясь за свой великолепный прикид.

–Да, ладно ты со своими телячьими нежностями. Мне не 12 лет, а скоро 22 стукнет, а ты всё как с девочкой обращаешься со мной! – грубо выпалила Наталья, отстранив мать и надевая верхнюю одежду. Ей всё шло к лицу и было подогнано по фигуре: изящный беретик с флёром, приталенное драповое пальто цвета морской волны, купленное в бутике за немалые для небогатой семьи деньги и высокие сапоги из мягкой кожи, подчёркивающие идеальную линию длинных ножек красавицы.

Мать, не взирая на дочкину грубость, продолжала любоваться ею, словно заворожённая, будто перед ней сказочная принцесса, не весть как оказавшаяся в простом грубом мире. Струйки слёз радости и восхищения стекали по измазанному мукой лицу и капали на колыхавшуюся от беззвучных всхлипов её гигантскую грудь.

Наталью передёрнуло от неприятного зрелища бесформенной и неухоженной матери, так неуместно и противно проявляющей свою любовь к ней.