В небесах Аурелии

Девушка быстро поняла, что при всей демократичности руководители отделов держатся особняком – некоторые тренировки были общие, но у них была другая программа и другие обязанности.

Джиллиан взглянула на секундомер:

– Черт, на двенадцать секунд хуже!

Кир уперся руками в колени и пытался отдышаться

– Ты всех бесишь, – бросил он ей, хотя невольно залюбовался ее спортивными загорелыми ногами в коротких шортах. Джиллиан все еще напоминала студентку, которую он так хорошо знал. Она действительно почти не изменилась.

Конечно, он знал про приезд Эвы и постоянно видел ее в лагере. Но у него не было времени даже дух перевести. Кира завалили делами: во время прохождения программы подготовки он оставался консультантом строительства корабля. К тому же даже после случайной встречи с Эвой ему нужно было какое-то время, чтобы прийти в себя, и от этого было не легче.

Через пару дней он все же вызвал Эву к себе. Кир жил один в просторной палатке защитного цвета (рядовые участники жили по двое или по трое).

Лагерь был довольно большой – первый этап проходило двести пятьдесят человек из разных стран. Эва оглядела обстановку: кубинские сигары, виски Jack Daniels, гитара, любимые бумажные книги, походные ботинки защитного цвета. Все было таким успокаивающе-знакомым.

Они вспомнили встречу в Каракасе.

– Мне тогда казалось, что вы правда перенеслись из прошлого, – призналась девушка.

– Меня погрузили в криокапсулу в конце 1960-х годов и только недавно разморозили.

Сейчас это возможно, – заверил ее Кир. Он посмотрел на ее лицо, и ему стало смешно.

– Только, пожалуйста, не говори мне, что ты сейчас размышляешь, правда это или нет.

– Вы позвали меня, чтобы прикалываться? – поинтересовалась Эва с легкой досадой.

Киру хотелось хлопнуть себя по лбу. «Господи, что я несу?», – думал он.

А Эва задумалась, почему его глаза всегда скрывали оранжевые очки. Точно не из-за зрения. Ее взгляд упал на семейное фото Кира. Видимо, дочка и жена.

Да, здесь все было иначе.

Под ледяным взглядом Бьянки Кир не решился оставить фотографию дома, а прятать ее здесь было как-то совестно.

– Я занимаюсь этим вопросом. Поверь мне, – сказал он Эве твердо, догадавшись, о чем та думает.

И впервые за весь их диалог девушка улыбнулось не натянуто.

Узнав о решении, Бьянка выслушала его молча и вообще не возражала, пока он собирал вещи. Провожала его тоже без всяких эмоций. Это удивляло и настораживало.