Опекун. Запрещено любить тебя!

 – А тебя кусали змеи? – забежала она вперед и заглянула мне в лицо своими изумительными глазками. Да что она, издевается что ли? Я ведь только успокоился, начал адекватно мыслить, а тут она. Хотя откуда ей знать, что сейчас она для меня, как красная тряпка для быка.

– Было дело, и собаки и даже гуси, – быстро собрался, и обуздал себя, точнее страстное желание, покусать одну юную леди.

Только вот было одно «но» эта юная девушка моя подопечная, а я обещал ее приемным родителям позаботиться о ней. Я улыбаюсь, а она так смотрит на меня в ответ, что удержаться трудно.

Но, кажется, это точно не мой случай… А может, и нет, – окинул придирчивым взглядом ладную фигуру девушки. Представив, как буду снимать с нее это прекрасное платье, потом корсаж, а затем и все остальное, как ворвусь на всю мощь в ее узкое лоно…

– Ммм, – невольно застонал, представляя эту картину.

– Максимилиан, тебе плохо? Что-то болит? – перепуганная девушка, принялась меня ощупывать.

– Ничего страшного дорогая, просто дало знать старое ранение, – нагло соврал. Спасибо за заботу!

– Ты как? Может позвать слуг? Ты можешь идти?

– Все хорошо, боль отступила.

А вот желание обладать стало еще сильнее. Заглянув в обеспокоенные карие глаза, улыбнулся, приняв единственное верное решение.

Катарина

Максимилиан, уже вовсе не тот «дядюшка» которым я его помнила, это был настоящий мужчина. Он сильно изменился за последние пять лет, стал более мужественным и взрослее. Но и я уже не тот подросток, которым была пять лет назад, когда я впервые вошла в этот дом. О том, что приемные родители позаботились, назначив опекуна для меня, порадовала, особенно узнав, кто именно им стал. Только вот «дядюшка» совсем не смотрел в сторону своей подопечной, и казалось, был даже зол, что его обязали заботиться о ребенке.

А потом он уехал и в поместье бывал лишь проездом, и мне даже не всегда удавалось его застать. Поездка в пансион далась мне нелегко, ведь я думала, что он хочет от меня избавиться, а оказалось, заботился таким образом. Тогда многих молодых девушек отправляли в дальние пансионы, даже простолюдинки уезжали вместе с ними в качестве прислуги.