Опекун. Запрещено любить тебя!

Но буду терпеть до последнего, и не позволю обидеть ее даже себе, а вот удовольствие обязательно доставлю, только пока не просыпайся моя малышка.

Сейчас ты в безопасности, как и твоя невинность, но скоро все изменится, ведь решение принято. Надавив на сердцевинку, принялся ласкать интенсивнее, так, чтобы она кончила. И ей будет вдвойне хорошо, ведь она спит и видит сон, а значит, утром ей не будет стыдно.

Ноги сжались, и она страстно закричала, запрокинула голову, впиваясь руками в простынь. Как бы сейчас хотелось ее поцеловать, по-настоящему, эти розовые щечки и грудь, провести языком по пульсирующему бугорку.

Милая моя малышка ты даже не представляешь, что сейчас со мной творится. Твои стоны меня заводят, твое тело манит меня, ты все для меня.

Катарина дышала все сильнее, я чувствовал, что все ее тело близится к разрядке. Как бы мне сейчас хотелось быть в ней, чувствовать членом ее тугую, узкую дырочку, вбиваться в нее глубже.… Но мне остается только сделать ей приятно и уйти в свою комнату, и уже там, в душе предаваться фантазиям о сладострастной подопечной.

Катарина

Открыв глаза, сладко потянулась, какой замечательный сон мне снился этой ночью, постыдный конечно, но такой приятный. Такие не забываемые ощущения… Перевернулась на бок и улыбнулась, на душе было так хорошо, а внизу живота слегка тянуло сладкой истомой. Вдохнув воздух, снова улыбнулась, от подушки так хорошо пахло Максимилианом, и как я буду смотреть ему в глаза, после ТАКИХ снов.

Это было какое-то дикое, всеохватывающее удовольствие которое обволакивало меня со всех сторон и уносило ввысь.

Такая реальная, такая дерзкая фантазия и немного постыдная. Тугая пружина внизу живота все сжималась, тело охватывал жар от воспоминаний… Ах, если бы это действительно были пальцы Макса, которые так как хорошо и сладко ласкают между ног, трогают маленький бугорок… Так захотелось, ощутить его в себе, ощутить наполненность…

Но это невозможно, он мой опекун и намного старше меня… В реальной жизни я бы не осмелилась так вести себя с ним.

Но во сне можно все, и ожившая фантазия доводила меня до безумия чуткими ласками. Как можно так тонко угадывать, где мне больше всего приятно? Казалось, будто горячие губы прикасаются к влажным и таким чувствительным складочкам, к бугорку. Неужели я такая бесстыдная, что мечтаю об этом…

В этом сне пальцы опекуна дразнили и ласкали мой чувствительный бугорок, что я терялась в этом сне, теряя связь с реальностью.