Идеальный секретарь

Звук сирен скорой и пожарной донеслись до нас через разбитое окно, значит помощь уже близко, и это радовало, Алексу становилось все хуже. К Бахтияру я тоже подходила несколько раз, узнать о его самочувствии и оказать первую помощь.

– Проход свободен, можете открывать, – коротко и четко доложил охранник, через некоторое время.

Спасатели только и ждали его команды, по заблокированной двери раздался мощный удар, и дверь, треснув пополам, повисла на петлях. Команда мужчин в черной форме, быстро освободив проход, впустили медиков, которые сразу приступили к осмотру Бахтияра и Александра, про меня они тоже не забыли.

Действия медиков были быстры и слажены. Мужчины в черной форме пристально следили за медиками, которые обрабатывали раны Бахтияру и не пускали полицейских и вездесущих журналистов. Спустя всего десять минут, мы на трех разных скорых ехали в больницу, где из моей руки вытащили несколько больших и множество мелких осколков. Вспомнив, как была против, красивой и дорогой стеклянной мозаики, да еще и вовсю стену, поморщилась.

Получив свою порцию обезболивающих уколов и бинтов, пустилась на поиски своего босса. Он, как и Бахтияр оказался в платной палате, только возле его двери не стояли двое охранников. Предварительно постучав, заглянула в палату. Александр лежал на кровати с закрытыми глазами, поверх одеяла, лежала нога в специальном зажиме.

Стараясь ступать бесшумно, подошла к кровати, мужчина мгновенно открыл глаза и, увидев меня улыбнулся.

– Привет, как ты тут? – спросила его, улыбнувшись в ответ.

– Все хорошо, подлатали на высшем уровне, – кивнул он, улыбаясь на свою ногу. Присаживайся, – похлопал он здоровой рукой по кровати рядом с собой. Наклонись, хочу кое-чего тебе сказать на ушко, – помахал он, рукой призывая наклониться к его губам.

Резко отпрянув от его слов, ну попыталась отпрянуть, крепкая мужская рука продолжала меня удерживать. Удивленно посмотрела в лицо своего босса, но разглядеть мне ничего не удалось. Меня наглым образом поцеловали, этот поцелуй был наполнен такой нежностью, и страстью, что я забыла обо всем на свете. А затем он крепко прижал меня к себе, в его объятьях мне было так тепло и уютно.