В паутине

И вот теперь от этой маленькой девочки ничего не осталось. У Паши перед глазами стоял образ маленькой Кати, которая радостно обнимала щенка. Этот образ постепенно растворялся и уступал место нового образу – частично сбритые волосы, пирсинг в брови и нижней губе, татуировка змеи практически на половину тела… и глаза, полные боли.

Какова была вероятность встретить её в другом городе спустя столько лет?

Он был уверен, что ему не стоит искать с ней встречи. Ему нужно просто испариться из её жизни и позволить ей жить дальше, позволить ей забыть.

Но он знал, он увидел в тот вечер в её взгляде, что она не может забыть. Хотя их встреча и разбередила старые раны, было ясно, что они не зажили, что они всё ещё кровоточат.

Паша знал, что не сможет помочь ей забыть. Но он чувствовал, что и оставить её тоже не может. Волей неволей он стал частью этой истории. Истории, которая началась более двадцати лет назад.

Он не решился постучать в её дверь, хотя и знал, где она живет. Он боялся, что она прогонит его и осудит за его вторжение в её едва устаканившуюся реальность.

Поэтому он стал искать с ней встречи в баре. Но Катя не приходила. Вот уже несколько смен она не появлялась на работе.

В очередной раз, просидев за барной стойкой весь вечер, и не дождавшись прихода Кати, Паша подошел к дежурившему в этот день Максиму и спросил:

?      Макс, слушай, ты знаешь, где Катерина? Уже несколько дней её не видно.

?      А ты что запал на неё? – хитро подмигнул Максим. – Она у нас девчонка видная.

После того, как ребята её за бар поставили, в её смену от мужиков отбоя нет. Всегда полная касса.

?      Да, она хороша, – согласился Паша. – Ну, так, где она? – чуть более настойчиво спросил Паша.

?      На больничном, типа. Сказала, что у неё вроде как в семье что-то случилось, попросила несколько смен её в график не ставить, – ответил Максим. И хотя он пытался говорить максимально отрешено, было видно, что он волнуется за Катю.

?      А когда вернется, не говорила?

?      Нет, я не в курсе, – сказал Максим и резко сорвался вглубь зала, где только что едва не началась потасовка.

 – Эй, парень, тебе хватит, – прикрикнул Максим на еле стоявшего на ногах посетителя и, с трудом оторвав его от барной стойки, выпроводил парня за дверь, пока тот осыпал бар матами, а стоявших у барной стойки девушек – бесхитростными и не лишенными подтекста «комплиментами».

Паша вышел из бара и мысленно прочертил в голове карту до дома Кати.