За гранью грань

Затем последовали поцелуй и знакомый процесс отъема силы. Только на этот раз он закончился раньше, чем Геральт оторвался от губ. Бесстыжий язык проник в рот и прошелся по зубам. Я попыталась выдворить незваного гостя, но тот сплелся с моим языком, будто нарочно дразня.

– Там Талия, – торопя, напомнил Филипп.

– Помню! – недовольно буркнул навсей, с неохотой оборвав поцелуй. – Видишь, девочку учу. Она же совсем наивная в свои шестнадцать. Чему только ланги дочерей учат?! С мальчиками-то целовалась?

Вопрос предназначался мне, и я ответила, в красках расписав, что только беспутные девицы позволяют себе подобное, а поцелуи навсея и вовсе гордятся для борделя.

Посовещавшись, мужчины решили принять Талию.

– Просканируешь ее, – попросил друга Геральт. – Не просто так тварь вновь появилась в Веосе, она никому не приносила добра.

Филипп кивнул и первым шагнул к двери. Глазам не поверила, когда темный вдруг превратился в смазанную тень и дымком выплыл в коридор.

– Впечатляет? – Рука Геральта крепко сжала мою. – Хорошо запомни, мало ли? – вкрадчиво шепнул он в самое ухо. – А теперь пойдем, изобразишь хозяйку. Заодно поучишься вести себя на людях. Наложница – это не только постель, Дария. Разумеется, – уточнил навсей, – если этого хочет мужчина. А я хочу.

Изумленно подняла на него глаза. Ничего не понимаю. Зачем душа, когда нужно только тело? Но навсей ничего объяснять не стал.

Под руку с Геральтом спустилась вниз. Ноги дрожали, очень хотелось выпить. Нет, я не любительница крепких напитков, выпиваю только по праздникам пару глотков, но как всякий лекарь признаю пользу красного вина в лечении нервов. Вот зачем тащить меня в холл? Для устрашения? Чтобы выставить на посмешище, прикрыться живым щитом? Искоса глянула на Геральта. Напряжен и предельно собран. Пальцы подозрительно сжаты, а рука… Что там у него под халатом, кинжал? Да нет, я бы заметила, оружие не спрячешь.

– Можно я пойду? – сдавленно попросила навсея.

– Нет, – категорично возразил он. – Ты малая хозяйка.

– Я никто! Вы даже фамилии своей говорить не хотели.

Геральт остановился и с прищуром заглянул в глаза. Полагала, он скажет какую-то гадость, но нет, промолчал и повел дальше.