Я вам не ведьма

Повернувшись к служанке спиной, быстро натянула рубашку. Она оказалась велика в груди. Еще бы у нас, со служанкой Акселя разные параметры. Она женщина налитая, сто сверху, сто снизу, а я… Прыщик самый настоящий!

– Норха! – от души припечатала служанка.

Стукнув крышкой сундука, она извлекла из него нечто, напоминавшее распашонку. Застегивалось странная одежда на два грубых крючка. Жестами показав, что распашонку тоже нужно надеть, служанка с чувством выполненного долга удалилась. Одолжить одно из платьев она пожадничала.

Вторично порог кабинета Акселя я переступила в облике средневековой жительницы, только кроссовки из него выбивались. С непривычки тело под грубой рубашкой чесалось, особенно грудь. Изнежила нас цивилизация.

Аксель сидел за столом, разложив под давним предком микроскопа… мой лифчик.

– Много женщин в твоей стране так обманывают мужчин?

Он ткнул в чашечки лифа, щедро набитые поролоном.

– Много, – честно призналась я. – Это единственный способ сделать грудь больше.

Соврала, конечно, но пусть сероглазый пока пуш-ап переварит.

– Можешь надеть. – Аксель милостиво вернул лифчик и, сально улыбнувшись, предложил: – Помочь?

Покраснев пуще прежнего, замотала головой. Потом надену, в одиночестве.

– Итак, – сероглазый хрустнул пальцами и вернулся к прежнему деловому тону, – ты не ведьма и не шлюха. Иностранка. Из мест, о которых я не слышал. А ведь если я не знаю, никто не знает. Не смейся, – строго добавил он, заменив мою улыбку, – я не преувеличиваю.

– Он приходил поиздеваться? – догадалась я.

Аксель промолчал, только заскрежетал зубами.

Блондин мне сразу не понравился, а теперь и вовсе стал омерзителен. Не удивлюсь, если Аксель лишился поста его стараниями.

– Это к делу не относится, – чересчур резко наконец ответил сероглазый. – Речь о тебе. Ресурса артефакта хватит еще часа на два, поэтому говори кратко и по делу.

И я рассказала. Мол, существуют другие миры, я как раз из одного такого, попала сюда случайно. На этот раз Аксель внимательно слушал. Задумчиво подперев щеку ладонью, даже что-то записывал. Затем наступила его очередь задавать вопросы. Аксель пытался меня подловить, по нескольку раз спрашивал одно и то же: о Маше, о тех верзилах в поле, о моей поездке в Прагу. Он искренне сомневался, будто меня отпустили одну без сопровождения.