Верните меня на кладбище

– Хамка!

Посетительница тяжело, сказывался ее вес, плюхнулась на стул.

Кара пожала плечами. Не хочет называть себя, не надо. Приличные люди сначала здороваются, но раз человек не желает быть человеком, то и отношение к нему соответствующее. И Кара ведь держалась в рамках, даже голоса не повысила.

– Опять села, лентяйка! – не унималась женщина. – Встала и доложила обо мне.

– Обо мне – это о ком, госпожа?

Так испортить человека могут только родители и большие деньги. Наряд посетительницы говорил о том, что тут сошлись сразу два фактора, только вот забыли пригласить хороший вкус и чувство меры.

– Она еще и издевается?!

Дама кардинально сменила цвет кожи. Красные оттенки решительно не гармонировали с глазами и волосами.

– Даже не думала, госпожа. Вы не представились.

– Так в журнале посмотри, бестолочь! И занавеску с лица убери, когда с тобой разговаривают.

Стараясь оставаться спокойной, Кара открыла журнал записи. Как же ей хотелось ударить им противную тетку по голове, но тогда пришлось бы попрощаться с жалованием.

– Тут нет вашего имени, госпожа.

– Потому что ты его не записала!

Сложно записать то, чего не знаешь, но женщине виднее.

– И подыми вуаль. Тебя хорошим манерам не учили? Из какой дыры господин Рус берет таких секретарш? – Посетительница патетически воздела руки к небу.

Кара закашлялась и вкрадчиво предупредила:

– Мне с вуалью лучше, поверьте.

– А мне плевать, что тебе к лицу!

Дама потянулась, чтобы сорвать вуаль с лица оппонентки, как, наверное, не раз вышибала подносы из рук официанток и дергала за волосы горничных. Кара не стала ей мешать. Награда должна найти своего героя. Визжала посетительница знатно и на такой высокой ноте! Едва не перешла на ультразвук. Кастратам оперных трупп, до сих пор исполнявшим многие женские партии, никогда не достичь подобных вершин. И показала много прыти. Грузное тело не помешало покинуть контору в рекордные сроки.

– Что тут происходит?

Распахнувшаяся дверь явила встревоженного адвоката.

– Не знаю, господин. – Кара, сама невинность, закрыла дверь за столь спешно ретировавшейся посетительницей. – Возможно, заходила та самая госпожа Мертес, но я не успела выяснить, она сбежала.

– Сбежала? – поднял брови мужчина.

– Ну да, – кивнула молодая женщина.