Темные времена в академии

Попыталась сгладить неловкость комплиментом:

– А вы совсем не стареете!

– Рецептом не поделюсь! – пошутил в ответ Леонтий. – Но спасибо, приятно слышать из уст молодой женщины.

О возрасте сильных магов судить трудно. Обычно он замирает на некой отметке и держится до того момента, когда старость всей своей тяжестью обрушивается на человека. Полагаю, Леонтию лет сорок пять, и до седины ему далеко.

– А что со всеми такое? – обвела взглядом зал. – Я прокаженная? Или все так любили прежнюю темную ведьму?

Как же ее звали?.

. Ах да, Гермия Дирт. Казалось бы, всего четыре года прошло, но имена быстро стираются из памяти.

– Не обращайте внимания! – Некромант кивком поблагодарил духа-подавальщика за еду и заказал немного сидра. – Вы тут ни при чем, Гермия тоже. Все мерзкая газетенка! Найти бы уже того, кто распускает гнусные сплетни.

Сразу вспомнилась лежавшая на ректорском столе газета. Не она ли?

Оказалось, полгода назад в «Меробейтском вестнике» появилась колонка, посвященная преподавателям и студентам академии.

Аноним полоскал чужое грязное белье, вытаскивал из шкафов скелеты, выдумывал разные факты, порочащие честь и достоинство. Колонка выходила дважды в месяц и неизменно приводила к скандалу: разводу, а то и увольнению. Сегодня вышел очередной выпуск.

– И о ком там? – осторожно поинтересовалась я, вступив на опасную территорию.

– Обо мне, – беззаботно отозвался Леонтий. – Поэтому не обижусь, если откажетесь сидеть за одним столом. Другие вот брезгуют.

А я-то решила, декан надумал поддержать новенькую.

– Не интересно, что я сделал?

– Абсолютно. Если это ложь, не стоит ее обсуждать.

– А если нет?

Взгляд серых глаз на миг замер на моем лице.

– Тогда это дело вашей совести. Я не судья, чтобы выносить приговор.

Едва заметная морщинка на лбу Леонтия разгладилась. Выходит, я дала нужный ответ.

– Я к вам потом загляну. Вы во сколько ложитесь? Не хочу портить чаепитие своей персоной. Занесу методички, раскладки занятий, заодно обсудим план на полугодие.

– И Гермию Дирт.

– Как угодно, – неохотно кивнул декан. – Только обсуждать там нечего.

Очень интересно! Почему некромант столь старательно избегает разговоров о ее странной смерти? Она ведь по его профилю.

Будто прочитав мои мысли, Леонтий заторопился, чуть ли не давясь, заглотил последний кусок и с маловразумительным объяснением: «Не хочу вас компрометировать» ретировался. Вообще. Не пересел на другой стол, а сбежал.