Шелковая лента

Достоинство брата тоже требовало внимания, неумелые ласки жены лишь раззадорили.

– Давай одновременно, а? Девочка не девственница, вреда не будет.

Как это – одновременно?

Стефания ничего не понимала. Она полагала, братья по очереди овладеют ей, но сразу никак не получится.

Молодая женщина испуганно дернулась.

– Ш-ш-ш, не бойся, красавица, я знаю, что в первый раз.

Сигмурт склонился над обмершей от дурного предчувствия невесткой и наградил нежным поцелуем.

Братья перевернули Стефанию на живот. Пальцы Ноэля раздвинули ягодицы.

– Нет, не надо, прошу вас, только не туда! – взмолилась виконтесса.

Увы, ее никто не слушал, братья лишь снова заверили: ничего плохого не случится.

Палец виконта очертил дырочку и чуть надавил. Стефания охнула и попыталась вырваться. Пусть сейчас не больно, потом она истечет кровью. Да и разве не богопротивно заниматься подобным вещами? Муж предвидел сопротивление и оседлал, надежно прижав к кровати. Не выдержав, прикрикнул, чтобы заткнулась, а то пожалеет.

– Ну, хорошая моя, я ведь не коновал.

Сигмурт пару раз шлепнул Стефанию по попке и наклонился, нашарив на полу баночку. Он прихватил ее в первую ночь, но смазка не потребовалась. Сегодня другой случай. Убедившись, что смесь не засохла, Сигмурт занялся привычным делом. Видя, что Стефания трясется от страха, он начал с поцелуев. Губы младшего Сибелга скользили по пояснице, бережно касались ягодиц и обратной стороны коленей. Последнее место оказалось особенно чувствительным, заставило виконтессу на время потерять контроль.

– Все хорошо, расслабься, – шептал он и поцеловал Стефанию в крестец. – Не надо так зажиматься. Подумаешь, мама не рассказала – сотни девочек радуются каждый день.

Молодая женщина задумалась, а Сигмурт ввел в ее попку следующий палец.

Вот и большой палец. Виконтесса остро его почувствовала, хотя все прочие приняла легко.

– Теперь два, и слегка раздвинем, – шептал Сигмурт.

Слова не расходились с делом. Он медленно, но верно разрабатывал попку Стефании, готовя ее принять нечто большее. Опершись локтями о постель, виконтесса терпела. Муж больше не давил на спину, отпустил, даже подложил подушку ей под живот.