Шелковая лента

Ветер нещадно обрывал их и бросал под ноги.

За садом, ярусом ниже – для монастыря выбрали один из холмов, – разбили огород. Стефания спустилась туда, чтобы выйти к каменной ограде, посмотреть вдаль: на темную гладь реки с мельничным колесом, дымок от близкого жилья – деревушки вниз по течению, на остроги гор. Ей не хотелось бы жить между заснеженных пиков, она надеялась, они так и останутся тенью.

Отец говорил, через пару дней они въедут в баронство Атвер. Жених встретит их завтра, приедет в монастырь, чтобы сопровождать невесту до замка, но Стефания не желала его видеть.

Уже сейчас ей хотелось сбежать из негостеприимного края.

Вскоре пришлось вернуться: отец послал за ней слугу.

Тяжелые массивные своды трапезной сомкнулись над головой Стефании.

Монахи заперли дверь на засов. Его с трудом могли отодвинуть четыре человека. «Неспокойно тут, миледи, да и волки иногда забредают», – ответил на молчаливый вопрос один из божиих людей.

В трапезной семейство Эверин усадили за стол вместе с настоятелем.

После краткой молитвы, воздав благодарение Всевышнему за очередной прожитый день и дни грядущие, принялись за еду, приправленную по случаю высоких гостей вином и рыбой.

Женщины по обыкновению молчали. Они раньше мужчин поднялись из-за стола, сделали реверанс и удалились в выделенные им комнаты монастырской гостиницы. Лэрд Эверин с сыном задержались. Они обсудили положения дел в Атвере, последние королевские законы и род Сибелгов. Отца невесты особо интересовала его репутация и доходы.

Настоятель заверил: барон – человек ответственный, богобоязненный и богатый, делает щедрые пожертвования.

Ночью выпал снег. Он устлал тонким кружевом двор, крыши, одинокий сад – зима на севере наступала быстрее, нежели в Грассе.

Стефанию разбудили к заутрене. Она не привыкла вставать так рано, но покорно оделась и поплелась на молитву. Без матери и отца: очищать душу надлежало только невесте. По этой же причине настоятель рекомендовал лэрду Эверину ограничить дочь в еде.

Отец поблагодарил, но, к счастью, для Стефании, отказался.

– Перед виконтом она должна быть кровь с молоком, а не падающими в обморок мощами, – пояснил он.

Девушка озябла. Церковь оказалась на редкость холодной, хотя, может, Стефания просто легко оделась. Кроме нее под высокими сводами собралась вся монастырская братия. Стефании отвели место рядом с настоятелем. Девушка всегда считала себя набожной, но в то утро усомнилась в своей чистоте и духовности.