Скажи мне, кто твой враг…

– А глаза бегают, – поймал на лжи Лотеску. – Вот поэтому и не хотел. Мало того, что неприятно делать личную жизнь всеобщим достоянием, так еще взгляды ваши, мысли. Как далеко фантазия простирается? – он скрестил руки на груди, словно защищался от моих нападок. – Давайте, вы все равно думаете.

Последнее слово начальник выделил голосом, добавив осуждения и презрения.

Он прав, нехорошо. Опять же отношение изменилось, хассаби остро чувствовал отличия. Вроде, я та же, любезная, вежливая, только знаю.

Глубоко вздохнула и выдвинула встречное предложение:

– Лучше вы правду расскажите, а то действительно напридумываю.

Кашлянув, не договорила. Вдруг Лотеску не знает?

– Кому вы интересны, Лена? – начальник устало потер виски.

Лена, значит? Он крайне редко называл сокращенным именем, второй или третий раз на моей памяти. А ведь обращение – индикатор общения.

– Голова еще не прошла? – участливо напомнила про мигрень.

– Почти, спасибо. Ладно, может, действительно лучше вам, а не Синглеру, – нерешительно пробормотал Лотеску и закрыл портфель – там хранились заметки по предстоящим мероприятиям.

– Разве он не в курсе? – удивилась я.

Служба безопасности как лекарь, ничего не утаишь. Да и как можно искать неведомо что?

Начальник покачал головой и предложил сесть.

– У вас как с воспитанием, в обморок не упадете? – за наигранной усмешкой пряталось волнение.

Промолчала и ободряюще улыбнулась. Рассказать бы о том, чем мы с Эдом, моим первым парнем, занимались в туалете, но как-то не готова даже в качестве моральной поддержки признаваться в нравственном падении. Эд, к слову, остался недоволен и променял на более опытную девицу.

– Вот, – в руки ткнулся край изобразительной карточки.

Не спешила ее переворачивать, но Лотеску подталкивал, поэтому взглянула.

Хм, а так тоже можно? Вариация любимого занятия Эда, только в другой позе. Нетрадиционно, пикантно.

– Подумаешь! – вернула карточку напряженному начальнику, ожидавшему вердикта по поводу собственной нравственности. – Только мышцы затекают и дышать тяжело.

Лотеску хмыкнул. Не поверил, будто согласилась бы проделать подобное. Напрасно, если бы доверяла партнеру, решилась бы на новый опыт.