Песочные часы

Мигель невозмутимо извлек нож, потянул к столу и заставил положить на него руку.

– Сара, подержите, чтобы не дергалась.

Завизжала, когда нож кольнул палец.

Не давая пошевелиться, Мигель измазал кровью матовую бронзовую пластинку, смочил жидкостью из маленького флакончика, и она засияла. Маг нанес пару капель на браслет, прочитал заклинание, от которого жаром обдало руку, и протянул платок:

– Держи, кровь остановишь. Сара, браслет я активировал, сейчас вставлю пластину в хранилище.

Тогда я не понимала смысла активации – он сводился к варварскому ритуалу, – но потом, на примере других, уяснила его суть.

Активированный браслет позволял отслеживать передвижения торхи. Они отображались на той самой пластинке. Сама видела, как в руках чужого мага она выдавала не только точные координаты, но и изображение местности. Очень удобно при поимке сбежавшей игрушки.

Прижимая платок к пальцу, все еще ощущая жар от браслета, поплелась за Сарой на четвертый этаж, в ту самую комнатку в башне.

Она оказалась небольшой и темной, без единого окна. Обстановка была скромная: кровать, стул, стол, комод для одежды, закуток для ежедневного омовения и отхожее место.

Позвонив в колокольчик, экономка вызвала двух хыр и велела наполнить водой деревянную бадью, занимавшую больше половины туалетной комнаты за потертой ширмой.

– Раздевайся, – кивнула она мне. – Сейчас принесут новую одежду, масло для тела и какие-нибудь духи.

Удивленно взглянула на нее. Духи? Разве торхе полагаются духи? И чем плох мой наряд? Насколько я поняла, такой носили все личные рабыни.

– Одежду повесь на ширму, кто-нибудь постирает. У тебя каждый день должна быть свежая. Белье тоже сними. Тебе ведь дали кружевное? – Кивнула. – На день. Хотя, – Сара улыбнулась, – я могу принести нечто иное. Оно такое красивое, ажурное. Размер вроде твой, в этом вы с Ивонной похожи. Господин не любит, когда грудь у женщины висит, как уши собаки. Грудь, конечно, маловата, но ты еще растешь, да и кое-какие изменения поспособствуют… Словом, через полгода у тебя будет полноценный третий – самый раз для женщины.

Покраснела и твердо решила не надевать другого белья. Я не игрушка, а живой человек!

Мой дух противоречия продержался ровно до возвращения Сары с целой толпой хыр. Четверо несли чан с кипятком, трое – ведра с холодной водой, еще одна – полотенце и открытые туфли на тонком каблучке. Замыкала шествие экономка с большим свертком в руках.