Птичка для инквизитора

– Официально разрешила, значит…

Оливер задумчиво потер переносицу.

Они беседовали неподалеку от зловещей арки во дворе. Ирен успела подловить Оливера после смены караула, отвела в сторонку, в тень от стены и теперь, пока безуспешно пыталась убедить пропустить Селену.

– Хорошо, – наконец сдался Оливер, – неси письмо! Но чтобы с подписью! Грех на душу из-за вас беру, – покачал головой он и выразительно покосился на Ирен.

Мол, надеюсь, благодарность не заставит себя ждать.

– Спасибо! – просияла Ирен и на краткий миг, будто в порыве чувств, коснулась его руки.

Оливер разочарованно вздохнул. Он рассчитывал на поцелуй. Не иначе от обиды добавил:

– Только без проверки все равно нельзя. Ничего с вашей кузиной не случится!

Улыбка сошла с лица Ирен. Как же ей хотелось встряхнуть младшего офицера за плечи, принудить выполнить свою волю! Но они во дворце, повсюду полно слуг, гвардейцев, людей Верховного инквизитора…

– А если я скажу, что она красивая. Или вы красивых не любите?

Теперь она открыто флиртовала, смотрела Оливеру прямо в глаза.

Со стороны казалось – влюбленные воркуют. Ирен не сомневалась, сегодня она станет главной героиней сплетен. Ничего, пусть сколько угодно перемывают ей косточки, гадают, совратил ее Оливер или только собирается. Все равно Аннет скоро исчезнет, а Селена взлетит слишком высоко, чтобы ее волновали разговоры на кухне.

Оливер молчал, и Ирен усилила напор.

– Да проверяли ее уже, мэтра Доржэ спросите! Он всех красивых женщин почитает ведьмами, такие испытания им устраивает. Сестренка все с честью выдержала. Хотите, завтра расскажет, как ее святой водой обливали.

Мэтр Доржэ заведовал Малым театром, в который якобы поступила Селена. Он славился эксцентричными выходками, поэтому фокус со святой водой никого не удивил бы.

– Посмотрим! – уклончиво ответил Оливер и потянулся к губам Ирен.

Та ловко вывернулась и пригрозила ему пальчиком:

– Стыдитесь! А еще офицер!

Взметнулись юбки. Застучали каблучки по брусчатке.

Если бы Оливер сейчас видел Ирен, то сильно удивился бы. Какая серая мышка – в вечерних сумерках довольно улыбалась хищница. Может, Оливер и хорохорился на словах, но мысленно уже уступил.

Оставалась самая малость – выпросить у Таисии записку и день отдыха.

Ирен застала нанимательницу в спальне.