Сбежать нельзя любить

Только вот в моей семье придерживались официальной версии сотворения мира и портретов дочерей, жен и племянниц Бога не держали.

И тут во мне взыграло.

– Впрочем, вы совершенно правы. – Я захлопнула журнал и убрала перо на место. Все – с достоинством, медленно. – Зачем мне забивать голову бесполезными именами? Через год я уеду в столицу, а вы так и останетесь в своей провинции. Мы никогда больше не встретимся.

Сказала, и на душе сразу хорошо стало, даже искренняя улыбка на губах расцвела.

Как же тяжело не иметь возможности поставить таких дамочек на место! А ведь мне еще терпеть… Не три года уж точно! Виконту Олбани наверняка доложили о моем побеге.

– Грубиянка! – Раскрасневшаяся посетительница метнула на меня убийственный взгляд. – Хорошо же воспитывают нынешнюю молодежь! Учтите, – палец с короткими, явно постриженными второпях ногтями ткнул, нет, не в меня, а отчего-то в журнал записи, – я так это не оставлю! Сегодня же наведаюсь к мэру и, будьте уверены, работу вы потеряете.

Увы, ее слова не произвели ожидаемого эффекта. Я не ужаснулась, не стала умолять простить глупую девицу, а равнодушно пожала плечами:

– Ваше право. Уеду на месяц раньше.

Дамочка уставилась на меня, словно прогульщик на экзаменационный билет. Похоже, я только что сломала ее восприятие мира.

– Да кто вы такая?! – немного придя в себя, взвилась она, да так громко, что Рональд в очередной раз выглянул в приемную и погрозил мне пальцем.

А я что? Я ничего, сижу тихо, молоко в мясной лавке купить не пытаюсь, скандалов по этому поводу не закатываю.

– Во второй раз повторяю: вы тоже не представились. С какой стати мне делать это первой?

Завязавшаяся перепалка забавляла. После летаргической скуки ежедневной рутины жутко хотелось эмоциональной встряски.

Из горла посетительницы вырвался странный булькающий звук. Признав свое безоговорочное положение, она опрометью ринулась вон, едва дверь с петель не сшибла.

Хихикнула, представив госпожу-великое-эго в роли зазывалы. Подходите, дрожащие твари, деритесь за право купить у госпожи неведомое нечто! А кто откажется, тот дурак и грубиян, напишу на него кляузу ректору… тьфу, мэру. Пусть поставит в угол за плохое поведение.