Ничья 2

Ситуация щекотливая, сами понимаете, придется дать взятку.

– Не впервой! – отмахнулся капитан и, к счастью, потерял ко мне интерес. – Главное, спрятать пассажиров в каюте команды, одеть соответствующим образом. Из девушки получится юнга, а господин сойдет за бравого морского волка. Трюм и верхнюю палубу досматривают тщательно, а в личных сундуках рыться не станут.

– Мы заплатили достаточно, чтобы не иметь проблем, – напомнил Адриан.

Он казался спокойным, сосредоточенным, и только я знала, как ему хотелось свернуть капитану шею.

– Вы их не получите, – положив руку на грудь, заверил здоровяк. – Но без маскарада никак, придется немного напрячься. И тебе тоже, – покосился он на Тебо. – Рынок далеко, какие такие дела у храма в Недеве?

– Не беспокойся, – широко улыбнулся помощник жреца и продемонстрировал некое письмо, – я в Недеве на законных основаниях. Останусь в кают-компании и дождусь офицера. Главное, хорошо его умасли.

– Эх, жаль расставаться с деньгами, но чего не сделаешь во имя закона! – патетично вздохнул капитан.

Больше о делах не говорили.

Кое-как позавтракав, сбежала в каюту и забаррикадировалась изнутри. Решила, никому, кроме Адриана и Тебо, не открою.

Время текло мучительно медленно, как всегда, когда чего-то ждешь. Успела и полежать, и постоять, прижавшись лицом к окошку, которое моряки называли иллюминатором.

Походка моя по-прежнему напоминала походку кавалериста. Чудо, что капитан ничего не порвал! И счастье, что он не запихивал мне член в рот, иначе бы задохнулась.

С трудом представляла женщину, которая могла бы его удовлетворить. А жаль! Пусть бы она откусила ему член и выбросила в море.

Раз за разом прокручивая в голове события прошлого дня, находила десятки способов оборвать насилие. Но тогда меня парализовал страх, на это капитан и рассчитывал, как все насильники.

Обед принесли в каюту. Наверное, решили, что я заболела, или кто-то из знакомых мужчин попросил. С опаской приоткрыла дверь и, убедившись в отсутствии капитана, впустила матроса.

Да, я отступила от принятого решения, зато вооружилась бритвой, которую обнаружила в умывальном закутке. Оружие не потребовалось. Матрос нападать не спешил, всучил поднос и ушел, бормоча про обнаглевших баб.

Ближе к вечеру не выдержала и выбралась из добровольного заточения. Чувство опасности нарастало, хотелось очутиться ближе к Адриану. Вдобавок спутники могли обсуждать что-то важное, лучше послушать.