На круги своя. Часть 2. Сбросить маски

Сами понимаете, если он меня не забрал, Герда и подавно ему не нужна.

Сочувственно кивнула. Вот и ответ на вопрос, откуда магия у младенца в утробе дочери кузнеца. О самом навсее спрашивать не стала и так слишком далеко зашла, темные подобного не жалуют, попросила проводить обратно.

Пошел дождь. Он монотонно барабанил по крышам, стекал лужицами к ногам. Ботинки быстро намокли, провожатому пришлось взять меня на руки, чтобы не заболела.

– Дайте мне! – послышался знакомый голос откуда-то справа.

Обернулась и увидела Филиппа.

Брюнет стоял под навесом; кончики волос завивались от влажности. Он выглядел так, словно валялся в глиняном овраге, но, судя по самодовольной усмешке, с лангами покончено. Только где Эллан? Встревоженно заозиралась, но нигде не мелькнуло знакомое лицо.

Навсеи медленно, устало возвращались в город. Фыркали кони, чуть слышно переговаривались люди.

Краем глаза заметила пару носилок и лошадей без седоков.

Сердце кольнуло.

Только бы не Эллан!

Филипп забрал меня от провожатого, однако, вопреки ожиданиям, не опустил на землю, а точно так же устроил на руках.

От брюнета пахло лошадиным потом и кровью. Я слышала его частое дыхание, видела, как дергается мышца на шее, чувствовала, как подрагивают руки.

– Вам тяжело, – намекнула на нежелание столь интимного общения.

Заерзала на руках бывшего жениха. Странно, если пару минут назад я ощущала только неловкость, хотя меня нес совершенно посторонний человек, теперь волновалась. Брюнет пах опасностью, его поведение накануне похода вызывало множество вопросов.

– Но ему же вы позволяли, – Филипп кивнул на стоявшего чуть поодаль навсея-полукровку.

Может, попросить любовника Герды вмешаться? Только у него скоро родится ребенок, девушке он нужен живым, а брюнет может вспылить, затеять поединок, а то и вовсе убить, если посчитает себя оскорбленным. Силы заведомо неравны.

– Вы сами понимаете.

Предприняла очередную, более активную попытку высвободиться, но Филипп только крепче прижал к груди.

Теперь я слышала чуть учащенное биение его сердца.

– Дария, зачем вы так? – брюнет изображал оскорбленную невинность.

Он размашисто шагал к форту, спокойно, словно нес невесту, а не постороннюю женщину. Все, абсолютно все видели и сделали выводы. Мне ничего не оставалось, как смириться, не устраивать же скандал!

– Милорд? – однако я имела права потребовать объяснений.

– Может, спасете меня еще раз? – раскрыл карты Филипп и начал подниматься по лестнице.