На круги своя. Часть 2. Сбросить маски

Та отвела глаза и, покраснев, кивнула.

– То есть сама попросила? – недоверчиво покачала головой.

– Она не сопротивлялась, – внес уточнение темный.

Ну вот, уже ближе к истине.

Неприятно, но долг лекаря обязывал остаться. А вот навсей отныне вызывал брезгливость. Умом понимала, все так поступают, но одобрить не могла.

– Так принято, – попытался оправдаться темный. – Ее бы все равно кто-то другой взял, созрела ведь. Вы не думайте, Герда мне понравилась, она не на один раз.

Какая разница, что я думаю? Ах да, дворянка ведь, любовник – член Совета.

Раз суетится, боится кары. Определенно, нечистая история.

Оказывается, не только навсейки рано созревают. Хотя кому я говорю, сама лишилась невинности в шестнадцати, а к семнадцати приобрела богатый опыт с тремя мужчинами. Так вот Герду просватали за одного человека, а темный увел. Вернее, как увел – пришел ночью и сделал помолвку неактуальной. Девушка действительно не особо противилась, не плакала, наоборот, по секрету потом призналась: с навсеем лучше.

Он ей нравился больше жениха, больно не делал, только вот беременность стала неожиданностью. А так действительно по взаимному согласию, Герда сама к совратителю в форт приходила во время дежурства, еду носила, ласкала.

Темный присел рядом с любовницей и ласково погладил облепленный тонкой тканью рубашки живот. Внимательно наблюдала за девушкой: не дернулась, не соврал. Не улыбнулась, но и не напряглась, наоборот, положила голову на плечо.

Значит, доверяла. Хорошо, помогу бедняжке.

– Очень наследника хочется! – вздохнул темный и провел пальцем по губам будущей матери. – Герда молоденькая, как бы чего не вышло.

Да, разница в возрасте у них порядочная, навсей в отцы годится.

– Любовница, наложница? – попыталась выяснить статус беременной и спросила, где можно вымыть руки.

Мне указали на таз в углу. Рядом нашелся кувшин с холодной водой.

– Любовница, я ведь не дворянин.

– Женитесь? – надо судьбу девушки устроить.

То, что не наложница, замечательно, совсем иной статус. Тут тебе и подарки, и поговорить, и права. Опять-таки уйти можно, если вдруг что не устроит. Наложница же уповала исключительно на добрую волю хозяина.

– Если мальчонка, женюсь. Девочка хорошая.

Герда едва заметно улыбнулась, робко, опасливо.

Навсей вырос в моих глазах. Может, он и принудил девушку к сожительству, но имел серьезные намерения, то есть не хуже бывшего жениха.