Девятка мечей

Набережная обрывалась постепенно. Сначала исчезла каменная облицовка, ее сменили деревянные сваи, затем пропали и они.

Гарет на время отложил весла и позволил течению нести нас за пределы Нэвиля.

– Воздух-то какой! – протянула я, вздохнув полной грудью.

Гарет улыбнулся и кивнул.

Мимо нас проплывали другие лодки: не только мы катались по реке. Некоторые, особо нетерпеливые парочки причалили к берегу и самозабвенно целовались. Весна…

Подумала и перебралась ближе к Гарету. Тот обнял и прошептал, что я опрокину лодку, если не вернусь обратно.

– На скамейке же есть место! – возмутилась я. – Почему нельзя сесть тут?

– Хочешь грести? – подмигнул Гарет. – Охотно уступлю эту почетную обязанность. На корме и сидеть приятнее…

Грести я не хотела, поэтому ретировалась на корму.

Птицы заявили о себе задолго до того, как мы их увидели: они галдели на разные голоса. Казалось, не осталось ни одних зарослей, будь то камыш, ракитник или ивняк, где бы ни притаились пернатые.

Лодка осторожно скользила вдоль множества островков в пойме Адрона.

Река здесь стала шире, обзавелась протоками и рукавами, которые затем все вместе вливались в одно из озер, которое, в свою очередь, питало водой другое озеро. Если бы не позднее время, мы бы туда сходили.

На берегу возвышалось несколько коттеджных поселков. У них были собственные причалы, огороженные от посягательств простых смертных. Возле них покачивались на волне легкие парусные суденышки.

Дорогое место, даже несмотря на то, что выше по течению рабочие кварталы.

Гарет выбрал один из рукавов Адрона и осторожно греб, стараясь не наткнуться на мель или не пропороть днище о корягу.

Птиц я насмотрелась сполна. Видела и журавлей. От восхищения даже перехватило дыхание.

Мы уже возвращались, когда поднялся ветер.

Гроза пришла внезапно и обрушилась ливнем. Одежда тут же промокла до нитки, но это не самое главное: Гарет никак не мог справиться с лодкой, которую несло на берег. А тут еще навстречу нам плыло прогулочное судно…

Я плохо помнила, как и что произошло.

Вот, казалось бы, мы разминулись, но судно тяжелое, а лодка – легкая, волна потянула ее за собой, ударив о борт кораблика. Доски треснули, и мы с Гаретом мгновенно оказались в воде. С головой.

Единственное, о чем просила, – это не попасть под гребной винт. Это верная смерть, жуткая и кровавая. А ведь нас затянуло под прогулочное судно… Ноги опутали водоросли, дыхания не хватало, набухшая юбка тянула на дно.