Девятка мечей

Понимаю, он беспокоится, но нельзя же вот так, ультимативно…

– Прости, но я никому ничего говорить не буду.

– Тогда я пойду и скажу. – Гарет нахмурился и бросил пакет на диван.

– Не лезь, а?

Улыбнулась и чмокнула милого в висок.

Ох уж эти мужчины, им бы только дай покомандовать!

– Нет, ты не понимаешь. – Гарет взял меня за руки. Глаза горели решимостью настоять на своем. – Речь о твоей жизни, и если начальство не в состоянии обеспечить должную охрану, нужно бросать такую работу.

– Вот, значит, как?

Отстранившись, подбоченилась.

– Лена, хотя бы отпуск, – настаивал Гарет.

Он прошел на кухню, залез в ледовый шкаф и вытащил курицу – наш будущий ужин. Гарет неплохо готовит, во всяком случае, птица у него получается изумительная.

– Потом, – улыбнулась я, наблюдая за тем, как ловко Гарет моет и потрошит курицу. – Потерпи немного, не в первый раз.

– Как бы этот раз не стал последним, – буркнул милый.

Вздохнула и зашла с другой стороны:

– Ты налоговый инспектор, знаешь, кто сколько получает. Вот и скажи, куда податься женщине, чтобы оплачивать такие хоромы?

Гарет воткнул в птицу нож и развернулся ко мне. Губы поджаты, брови нахмурены. Сердится.

Предвидя очередной виток возражений, обняла Гарета и прошептала, что жутко голодна. Тот вздохнул и снова принялся за готовку. Ну, а я залезла с ногами на диван и вскрыла пакет. Из него выпала кипа листов – черновики статей с редакторскими пометками и правками.

Разумеется, все не сегодня, сегодня я устала и хочу только еды и ласки.

6

Задумавшись, стояла перед шкафом, гадая, что надеть. Понятия не имею, в чем положено являться на прием. Уже пятница, чествовать академика будут завтра.

Да, я решила пойти. Лотеску прав, такого случая больше не представится. Если мои подозрения верны, некромант может оказаться в числе приглашенных.

Оставалась еще одна проблема: как незаметно пронести детоскоп? В сумочке не получится – громоздкий. В руках – тоже, отберут. Остается платье. Чего только женщины не носят в декольте? Носовые платки, оружие, письма любовников…

От горестного созерцания платьев отвлекла мелодия диктино. Гарет.

– Привет. – Я поправила усик-крепление, чтобы не сползал. – Уже освободился?

– Нет, просто достал билеты в оперу.