Лёшенька. Часть вторая

Агитаторы уехали, оставив после себя расклеенные по стенам сельсовета плакаты. Яшка с Ванькой подходили поглазеть на них.

– «… Отдашь ли ты во власть голода рабочих, кующих оружие? Оставишь ли ты без куска хлеба детей и женщин?.. Никакой милости утайщикам хлеба!..», – шёпотом читал Ваня.

– «Выполнил ли ты, брат крестьянин, развёрстку? Спеши! Не медли!» – продолжил Яшка.

И баба на плакате, прижимающая к груди младенца в пелёнках, и рабочий в фартуке, и солдат, указывающий пальцем прямо на Яшку с Ванькой, смотрели, казалось, с укором.

Вера запричитала:

– Да куда же мне прятать?

– Я знаю, – подал голос Яшка. На правах старшего сына и главного мужика в доме он никуда не ушёл и слышал весь разговор.

– Ну вот и ладно, – подхватилась Анисья. – Надо ещё Белкиным и Тараскиным сказать, побегу…

– Что ты придумал? – спросила мать, после того как закрылась за соседкой дверь.

– Около нужника закопать, туда, чай, не сунутся.

– Нет, сынок.

Яшка подумал, почесал затылок и пошёл одеваться. В сарае нашёл лом да лопату, расчистил снег у нужника и, надев рукавицы, стал долбить ломом мёрзлую землю. Дело шло медленно. Яшка возился до темноты, а углубил яму всего-то на аршин. Что тут спрячешь, один мешочишко разве… Он притащил из амбара тощий мешок ржи, засыпал землёй и закидал снегом.

Яшка вернулся в дом. Мамка запихивала завязанные верёвками мешки в сундук и шкаф.

– Ты что, здесь в первую очередь искать будут.

– А куда же? – растерялась мать. – Что же за жизнь такая… Бьёшься-бьёшься, чтобы вас прокормить, самой ноги не протянуть, а толку нет.

Лёшка оторвался от уроков и сказал:

– Мама Соня велела несколько мешков ржи в угол амбара сложить, а в ларях муку не трогать, пусть там и остаётся.

У Яшки от изумления глаза на лоб поползли.

– Вот балда! С тобой в прятки хорошо играть: даже искать не надо, сам на блюдечке подносишь.

– Вона! А помнишь, как ты меня летом целый час искал и найти не мог, а я в двух шагах стоял?

– И что?

– И то. Я тебе мысленно глаза завязал – ты меня и не видел! – торжествующе ответил Лёша.

– Так ты мухлевал? – ощетинился Яшка. – Никогдашеньки больше с тобой играть не буду.