Зов крови

– Стая не всегда сможет тебе помочь.

– Стая всегда помогает.

– Нет. Наступит момент, когда стая будет надеяться на тебя одного. Ты должен быть к этому готов.

– Я готов. А ты?

– А что я? – Буря нахмурилась.

– Ты всегда готова к тому, что стая не поможет? Ты всегда одна. И на охоту одна ходишь. Я слышал, вождь недоволен этим: «Одиночкам в стае не место».

У Бури перехватило дыхание: Эхо попал в самую цель. В самую больную, несколько лет кровоточащую точку. Он слишком точно указал ей на проблему, от которой она пряталась в дурмане леса и железистом запахе крови, когда челюсти смыкались на шее добычи.

Буря не нашлась, что ответить.

– Я только хотел сказать, – в голосе Эхо вдруг появилась растерянность, – что ты права: нельзя всегда полагаться на стаю. Но бывают моменты, когда без помощи просто не обойтись. Правда?

– Правда.

Слова прозвучали неуверенно. Буря и теперь, лёжа в своём шатре, сомневалась в этом быстром и резком «правда». Слишком хорошо она помнила огромного волка, так похожего на Эхо.

Только шерсть у того была короче и темнее – шоколадная, жёсткая. И глаза карие, а не серые. Буря видела его и сейчас. Так чётко, что могла различить шрам под шерстью с правой стороны волчьей морды. Когда он превращался в человека, шрам всегда было видно лучше.

Буря слишком хорошо помнила имя, данное ему закатом: небо пылало алым и золотым в момент его рождения – так рассказывали. Он был старше Бури и любил указывать на это. В шутку, конечно.

Они часто тренировались на Зелёной скале. Буря воровала хворостинки и злилась, когда в очередной раз узнавала, что он не дал разрешение на её посвящение. А после испытания он позвал её с собой в первую же охоту.

Буре нравилось проводить с ним время.

Буре нравился он, и она знала, что чувство было взаимным.

А ещё Буря знала, хорошо помнила, как стая обошлась с ним. Как стая бросила его, решив, что он слишком сильный и справится сам. Как Огонь погиб, потому что его считали Избранным.

Это было давно. Волки, которые были там, уже поседели. Буря выросла и перестала винить их. Она тоже была виновата. Она тоже оставила его, хотя должна была защитить.

Это было давно.

Слеза, скатившись по щеке, скользнула в ухо. Буря зажмурилась и резко поднялась. Лёгкая дымка сна спала, освободив разум от навязчивых воспоминаний.

Перед глазами таял образ Огня.

Буря прислушалась. Гул у костра стих. Волки легли спать.