Зов крови

Буря недовольно посмотрела на Урагана и ничего не сказала. А когда перевела взгляд, волчонка Эхо уже не было. Он обратился человеком и сидел на коленках, отплёвывался. Хворостинки, выпавшие изо рта, лежали перед ним.

Буря сдержала смешок.

Эхо сунул хворост за пояс, сел, свесив с обрыва ноги, пощупал канат. Потом глубоко вздохнул, зацепился за верёвку обеими руками – и худая мальчишечья фигура скрылась за краем обрыва.

Буря ахнула и зажала рот руками.

– Я успею его поймать, если он сорвётся, – сказал Ураган тихо.

Наконец, выйдя из тени обрыва, появился Эхо. Он цепко хватался за канат и ловко продвигался вперёд. Босые ноги болтались над пропастью, и при каждом движении канат опасно пружинил. Эхо будто не обращал на это внимания: он высоко задирал голову, стараясь не смотреть вниз. Чем дальше он продвигался, тем сильнее дрожали слабые руки.

Буря затаила дыхание.

Эхо схватился за выступ. Подтянулся. И с лёгкостью вскарабкался на землю.

– Перебрался, – выдохнула Буря.

Эхо, стоя на коленях, вдруг пошатнулся – и упал. Перевернулся на спину и раскинул в стороны руки и ноги. Переправа через обрыв далась ему сложнее, чем показалось сначала.

– Тебя перенести или ты пойдёшь той же дорогой, по канату? – поинтересовался Ураган.

– Справлюсь, спасибо.

– Мне не тяжело.

– Мне тоже.

Когда Эхо вскочил и волком бросился в чащу, Буря в два прыжка добралась до обрыва. Секунда – она висит на канате. Ловко перебирая руками, она быстро пересекла пропасть, с которой, в отличие от Эхо, сталкивалась не первый раз.

– Неплохо! – крикнул Ураган, но Буря даже не обернулась. Рыжие волосы мелькали среди кустов, за которыми скрылся Эхо.

Усмехнувшись, Ураган обернулся волком и в один прыжок перенёсся через овраг.

«Он справился, – думала Буря ликуя. – Справился!»

***

Посвящение Эхо праздновали до поздней ночи. Он и ещё несколько волчат, которые прошли посвящение после него, сидели рядом с вождём, пили из одного кубка разбавленное вино, смеялись и наслаждались всеобщим вниманием.

За полночь поселение уснуло. Ураган едва добрался до постели: спутников новых охотников чествовали не меньше. Ещё несколько минут из его шатра доносился нетрезвый голос: Ураган, напившись, любил петь, хотя ни слуха, ни голоса у него не было. Скоро он уснул, и поселение погрузилось в стрекочущую тишину.