О мой Бог

Но через мгновение она появилась и вокруг неё расплывалось темное пятно. Крем для загара, который она использовала для гримма, весь смылся с её тела и остался в воде.

Кожа девушки была светлой, как утренняя заря и в лучах солнца переливалась серебром. Капельки воды ласкали её тело, оставляя мокрые дорожки после себя. Она была словно ангел, спустившийся с небес. Странное чувство появилось внутри мужчины. Впервые в жизни он так искренне восхищается женщиной, к тому же обычным человеком. Даже прекрасные богини не вызывали в нём трепет, только лишь животную похоть и то, в очень редких и исключительных случаях.

От того смуглого паренька с большими очками совсем ничего не осталось. Девушка развернулась к нему лицом, демонстрируя свои упругие прелести с розовыми вершинками. И направилась в сторону берега, где стоял Валеан. Он стоял как завороженный и наблюдал за ней, как-будто это в порядке вещей.

Валеан стоял и любовался этим живым воплощением красоты, пока девушка медленно приближалась к нему. Потом она подняла свой изумрудный взгляд на мужчину и замерла. А он, не стесняясь, разглядывал её необычно-яркие глаза и белоснежное лицо, которое постепенно становилось пунцовым. Валеан снова ощутил всплеск различных эмоций, исходивших от девушки, прямо как в их прошлую встречу.

Лара впала в ступор, увидев перед собой того самого сексуального титана, которого встретила ночью на озере, несколько дней назад. При дневном свете, он был ещё прекраснее, а его голубые глаза как-будто подсвечивались ярко-голубым светом. Они были точно нечеловеческие, в таком случае кто же он? И от мужчины исходила такая подавляющая и тяжелая энергия, что хотелось сразу подчиниться и упасть к его ногам.

Примерно минуту Лара соображала, и только потом до неё дошло, что она стоит перед ним абсолютно обнажённая. А он стоит, как ни в чем ни бывало, и со спокойным лицом разглядывает её. Девушка прикрыла руками свою грудь и ярое негодование и дикое возмущение охватили ее. Да что он себе позволяет?! – думала Лара. Стоит и в наглую пялится, как будто это в порядке вещей. А самое обидное, что на лице даже ни одна мускула не дернулась, глядя на ее обнаженное тело.