О мой Бог

Мужчина вздохнул, и нехотя ответил:

– Все чиновники и приближённые к императору, а так же служащие высоких рангов имеют право воспользоваться телом любой женщины, которая прислуживает во дворце. Конечно, кроме личного гарема императора. Женщин в гареме он иногда тоже даёт на пользование своим гостям, поэтому в твоих интересах понравится ему так, что бы он не хотел делиться тобой.

Сердце Лары сжалось в тугой комок и стало трудно дышать. Ей вдруг стало по настоящему страшно, она совсем неготова к насилию.

Мужчина заметил, что девушка вся сжалась и побледнела, обхватив себя руками. Похлопав её по плечу, он сказал:

– Да не переживай ты так, я не дам тебя в обиду. Все-таки я не последний человек во дворце. И я уверен, что ты попадешь в гарем к императору. Ты очень красивая, а твои глаза просто сведут его с ума.

Девушка присела рядом с ним и прислонилась к дереву.

– Дядя, а может ты меня отпустишь и найдешь другую красавицу, которая по собственному желанию захочет попасть в гарем. Я уверена, что таких желающих будет много. Ты посмотри на меня внимательно, – девушка подняла руки и покрутилась вокруг своей оси. – Я высокая как шпала и плоская как доска. А на волосы мои посмотри, кончики секутся и они совсем недлинные, – взяла в охапку волосы и ткнула ими ему в лицо.

Грудь у девушки по-прежнему была замотана, а кожа намазана кремом для загара. Поэтому она надеялась, что это убедит рыцаря отпустить её. Она чувствовала, что паника внутри начинает нарастать новой волной и пыталась дышать глубже.

Мужчина встал и подошел ближе к девушке:

– Ты мне давай зубы не заговаривай. Я что, по-твоему, красивую девку от страшной отличить не смогу?! Особенно сейчас, когда красавиц почти не осталось и рождаться они перестали.

– Не говори глупости, красавиц полно! Ты только из города, неужели не заметил их. Каждая вторая красавица. А ты меня выбрал, дурень! – Лара пыталась сохранить самообладание, чтобы говорить уверено и старалась контролировать свой дрожащий голос.

Мужчина повернулся к девушке и пристально заглянул ей в глаза, пытаясь понять, что с ней не так. Почему она все время задает глупые вопросы.