По следам Луны

Вот ты – Аней работаешь, что ли?

– Так кто же она тогда – на самом деле? В смысле, кем работает?

– А разве то, кто ты на самом деле – это работа?

– Ну вот вы – биолог, наверно. И в Зоомузее работаете.

– Я здесь зимую, – Вита беспечно откинулась на спинку стула, закинула за голову тонкие руки. – Работаю, конечно. Лаборанткой. Но это до весны. А весной – поеду в заповедник, на Камчатку, учитывать птиц. Это тоже работа. А летом – на Белое море, буду нырять с аквалангом и помогать снимать фильм про морских ежей.

«Бабушка сказала бы – бездельница, болтается по жизни, как…»

Аня откуда-то знала, что, если она это скажет – Вита только рассмеется.

Но разве это – правда?

– Вы… путешественница.

– Ну вот, видишь. И Аурика – тоже путешественница. И поэт.

«А я – Аня и… Интересно, кто же я? Вот дебилка, и сказать-то нечего…»

– И еще она моя ученица.

– Ваша… ученица?

Не может быть.

– Сколько же ей лет?

– Знаешь, я как-то не спрашивала. У нас это не принято. Я просто учила ее – орнитологии. А она меня – языку… Греческому.

– Почему – греческому.

Вита пожала плечами, будто это само собой разумелось.

– Потому что английский я уже знаю.

У Ани уже голова шла кругом. Ей надо было за что-то зацепиться – что-то привычное…

– А… Борис Михайлович? У него усы седые.

– По паспорту – наверно, да. Я не задумывалась, но, – Вита что-то быстро прикинула в уме, – лет на двадцать, должно быть. Он что-то такое упоминал насчет Олимпиады 80-х, где мишка улетал… Но это по паспорту, не по нашему счету. А так – мне иногда кажется, что он ее ребенок. А чаще – что ровесник. А иногда – что старше, но насколько – не так уж и важно.

Вита вдруг подобрала ноги, уселась на стуле, обхватив колени руками, оперлась о них подбородком.

– Знаешь, паспорт – это так скучно… Никогда не понимала, чего люди так с ним носятся. На самом-то деле – мы всегда разного возраста. Сидишь, например, над диссертацией, и такой взрослой-взрослой себя чувствуешь… А потом ныряешь с аквалангом – а на дне ежи, звезды морские, всякие рыбы, водоросли! И все, ты ребенок. Прямо как в первый раз видишь мир, и восторг телячий! Но и взрослая – тоже.