Перстень с чёрным агатом

И уезжаю, несмотря на возмущение и, может быть, угрозы. И в самом деле остановился и вышел наружу. Долго смотрел на пролетающие мимо машины, старался успокоиться. Да, у Игоря срывает башню иногда, но он не подлый и не злой.

Я покосился через стекло на спящего приятеля и побрёл на своё место. Ещё несколько минут назад мне была противна мысль ехать куда-то с Игорем, а сейчас решил не торопиться домой, выяснить, что случилось с Макаркиным и что такого особенного в кольце Клавдии Мельниковой.

***

– Я вас во времянке поселю, – сказала тётя Надя, кругленькая невысокая женщина.

Мы послушно шагали за ней через огород к выкрашенному голубой краской домику в два окна – времянке.

– Раньше как делали, – объясняла хозяйка, – получали земельный участок и строили небольшое жильё, а потом возводили большой дом. После времянку не ломали – жалко ведь. Да и зачем ломать? То родня в гости нагрянет, то солёнщики живут.

– Кто? – заинтересовался я.

– Отдыхающие, курортники. Мы их солёнщиками зовём.

– Супер, тёть, спасибо. Мы пару деньков поживём, – весело ответил Игорь и повесил рюкзак на металлическую вешалку.

Я осмотрелся. Узкая прихожая, один конец которой упирался в кухню, другой вёл в просторную комнату, обставленную старой мебелью. У стен притулились две железные кровати с трубчатыми спинками и старый шкаф, из которого тётя Надя достала простыни и наволочки.

Игорь вёл себя как обычно, шутил и болтал, рассказывал небылицы и призывал меня в свидетели, как будто ничего не случилось.

Тётя Надя она ушла готовить обед, а приятель подвинул к себе расшатанный стул, сел, широко расставив ноги, и спросил:

– Чего невесёлый?

Я не ответил, потому что был занят: пытался втиснуть подушку в узкую наволочку.

– Всё нормально, не хандри. Денег от Николая не будет, конечно, но я тебе заплачу. Ты ведь пострадать не должен, правильно?

– Отстань, Макаркин, – огрызнулся я, – мне твои деньги не нужны, да их у тебя и нету.

– Будут.

– Откуда?

– Какая тебе разница? Сказал же, что отдам… Ты злишься, я вижу. Прости, что втянул в это.

У Игоря запищал мобильник, который он всё время вертел в руках, я успел заметить, что звонит Николай. Макаркин секунду-другую смотрел на экран, о чём-то раздумывая, потом сбросил звонок и поставил беззвучный режим.

– Не хочешь разговаривать? – спросил я.