Летчику быть!

Он любил незаметно подкрасться сзади, присесть и дёрнуть мальчишку сзади за обе ноги и потом долго смеяться над слезами и расквашенным носом пострадавшего. За такие проделки не раз сговаривались Ленька Гурин, Вовка Калюжин с Витькой проучить Гончарова, но тот всегда первый подавал руку и просил помириться. Мирились. Да иначе и нельзя было, ибо вечером на капустниках (их через день поливали всей улицей) приходилось давать отпор мальчишкам с тридцать пятой шахты, которые лакомились репой из чужих огородов.

Ранней весной гурьбой со всей улицы ходили за подснежниками, позднее – за полевым луком и земляникой, а, когда поспевала клубника, костяника и грибы в лесу, ходили с матерями, вооружившись корзинами, которые наплела всей улице мать Володьки Гончарова.

Жизнь на руднике была тихой и счастливой. Лишь по праздникам по улицам проходили компании с гармошкой и песнями, да по вечерам из корейского поселка слышалось протяжное: «Мулоднея онара…» Это отец Ли Володи звал его домой.

Корейцы появились в 1939 году, они поселились отдельным поселком у тридцать пятой шахты. Мужчины работали на шахтах, а женщины сажали огороды и даже сеяли просо и чумизу, которые в первый же год померзли. Старые корейцы ходили по руднику и покупали собак, скорее всего, употребляли их в пищу, так как на базаре часто слышалось: «Покушай колейски конфеты, калоший, слядкий, собачи сало много, туберкулез нету…» О том, что туберкулез лечат собачьим салом, знал весь рудник.

Восьми лет Витька со сверстниками со своей улицы пошёл в школу.

Учёба ему давалась легко, особенно первый класс. Наверное, здорово всё же помогла игра в бабки. Да и вечерами, ещё до школы, Витька слушал, как старшая сестра Даша громко готовила уроки.

Но перед самой школой, когда снег ещё не выпал, но мороз сковал землю и пруд у конного двора, Витька чудом остался жив. Вместе с двоюродным братом Николаем Симбиряковым Витька после уроков, не заходя домой, пошёл на пруд. Лёд у берега был довольно толстый, мальчишки играли в «коровушку», катаясь на сапогах и ботинках.

Мальчишек становилось всё больше на льду, их звонкий смех далеко разносился по пруду. Вот появилась новая «коровушка», ей оказался блестящий замок, оторванный от портфеля. И когда от сильного удара пятиклассника замок, издавая мелодичный звук, далеко укатился к центру пруда, более взрослые ребята остановились в нерешительности. Лёд к центру пруда прогибался под их ногами.