Записки из гримвагена

Со стороны ворот послышался легкий шум. Алиса поднялась и увидела, что там смущенно переминается с ноги на ногу Джон. В первое мгновение Алиса обрадовалась, словно именно о его уходе жалела, затем разозлилась: жизнь, видимо, ничему не научила ее, если она готова радоваться навязавшемуся на ее голову уличному воришке, пускай и с неотразимой улыбкой.

– Простите, пожалуйста. Я у вас забыл кое-что. Можно забрать?

Алиса махнула парню рукой и двинулась к дому. Джон поспешил за ней.

– Понимаете, я, когда умывался, снял цепочку и забыл ее в ванной.

– На каком корабле? – обернулась к нему Алиса.

– Ну как же? Ведь я был матросом.

В ванной на полочке под зеркалом действительно лежала тонкая цепочка белого металла. Только она казалась совсем новой, никак не тянула на старинное мамино наследство.

– Так ты матрос или вор? – прищурилась Алиса, сжимая цепочку в кулаке.

– Матрос. – Джон говорил убедительно и смотрел прямо на нее. – Просто у меня были неприятности. И вот пришлось… Отдайте цепочку.

– А ну-ка говори правду! На побрякушках меня не проведешь. Никакой это не материнский подарок, ты ее просто свистнул, как и часы. Так?

– Отдайте!

Джон шагнул ближе… Зрачки его изумрудных глаз расширились, губы приоткрылись, и Алиса неожиданно поняла, что мальчишку волнует ее позолоченное солнцем тело, на котором нет ничего, кроме двух голубых трикотажных полосок.

– Забирай! – Алиса сунула парню цепочку и быстро прошла в гостиную.

Джон топтался на месте, и она крикнула раздраженно:

– Ты свалишь когда-нибудь отсюда или нет?

Внезапно у ворот позвонили, и парень испуганно шарахнулся. Алиса невольно вздрогнула, но через секунду рассмеялась:

– Это садовник пришел. Я вчера просила кусты подстричь.

– Не впускайте его, пожалуйста!

– Ты чокнулся, что ли? – передернула плечами Алиса.

– Я сам кусты подстригу, – пообещал Джон.

– На корабле, наверное? – сощурилась она. – Сразу после того, как отсидел срок за кражу со взломом.

– Пожалуйста, не открывайте ему! Я сам, честно! – Джон опять с мольбой уставился на нее, и она снова не смогла отказать ему.

«Похоже, парень настоящий социофоб. Чего ему бояться садовника? Что он задумал? Впрочем, убить ее он мог уже десять раз, значит, опасаться нечего.