Стейк для темного бога

Большой у папы кабинет… а у меня ноги хоть и длинные, все ж недостаточно, чтобы в один прыжок преодолеть расстояние от кресла, на котором я сидела, до двери.

– Ты разочаровала меня, Хейлин. Не о такой дочери я мечтал.

На глаза навернулись предательские слезы, но я сделала вид, что мне все равно. А и плевать. Пусть наказывает! Я всего лишь веселилась с друзьями.

– Ты будешь наказана. Труд пойдет тебе на пользу.

Да-да, неделя самостоятельной уборки дома. Или две?

– Ты должна стать самостоятельной.

Наверное, две.

– Научиться ценить труд.

А может и три. Только бы артефакты не забрал.

– И посмотреть на другую сторону жизни. Хиглейк-град разбаловал тебя. А близость твоих, не побоюсь этого слова, подельников только мешает. Давно пора разбить вашу компанию прожигателей жизни.

А, то есть еще и остальным родителям нажалуется.

– Поэтому поедешь в Синар-град и будешь там работать!

Да, папа, только не волнуйся, у тебя сердце не такое, как в молодости. Подождите-ка…

– Мой хороший приятель владеет луннобриллиантовыми рудниками на севере, им очень не хватает обслуживающего персонала.

– ЧТО?! – Я очнулась от мыслей и решила, что ослышалась.

– Что слышала, Хейлин. Ты улетаешь первым вечерним драконом!

– Синар-град, это вообще что и где? И… ты не можешь меня отослать!

– Еще как могу, моя дорогая. Твоя выходка переполнила мою чашу терпения. Я не только отошлю тебя на север, где ты будешь стоять над кастрюлями каждый день, но и лишу артефактов! Посмотрим, как тебе понравится по-настоящему зарабатывать деньги, а не бездумно их тратить на полузаконные развлечения! А теперь немедленно иди и собирайся! Клянусь Светлейшей, Хейлин, никогда я еще не был так зол на тебя!

Я сидела в полнейшем шоке, глядя прямо перед собой.

И не верила, что действительно все это услышала.

– Вон! – рявкнул отец.

Одним махом допил виски из стакана и негромко выругался.

Нет, я ошибалась. Все очень и очень плохо.

Когда вернулась к себе в комнату, вдруг стало нестерпимо душно.

Хоть я и понимала, что это лишь злость на несправедливое наказание, все равно открыла окно и вдохнула свежий утренний воздух. Нет, идея идти к отцу после завтрака провалилась с треском. Мне думалось, он будет благодушен, но, кажется, в этот раз и впрямь разозлился.

Неужели меня на самом деле отправят на север? Я была уверена, что к обеду он отойдет, а к вечеру сядет в любимое кресло с книгой, я изображу раскаявшуюся любимую дочурку у камина.