Шестеренки ведьминой любви

– Ария, – из кабинета вышел отец, а за ним и Саймон. – Устала, детка?

– Угу, – вздохнула я.

– Нет желания вернуться к документам? – язвительно поинтересовался Саймон.

– Нет! – отрезала я.

– Пойдем, подвезу, – сказал папа. – Саймон, не забудь о том, что я тебя просил подготовить все механизмы к ремонту и заполнить заявки на закупку. И о разговоре тоже не забудь.

Саймон махнул рукой, мол, все понял.

Я поплелась вслед за отцом, а в голове вертелись многочисленные вопросы. Что за Елизавета Катери, что Саймон должен объяснить загадочной Марианне, и как все это связано со мной?

* * *

Конечно, по пути домой я не выдержала и спросила отца:

– Я слышала ваш разговор.

Кто такая Марианна?

– Так я и думал, – вздохнул папа. – Егоза ты, Арюш. Марианна – невеста Саймона.

Вот так и знала – свободным он точно не будет. Но хотя бы та блондинка – его невеста, а не просто какая-нибудь любвеобильная подчиненная. Или невеста не она?

– А почему ему нельзя встречаться с ней при мне?

– Потому что есть работа, а есть личная жизнь, и их нужно разделять.

Саймон Кларк отличный специалист, и мы многое ему прощаем, но сейчас он еще и педагог, так что пусть ведет себя соответственно. Он за ребенка отвечает.

– Я не ребенок, – насупилась я.

– Не важно, Арюш, отношения студента и преподавателя априори должны быть иными, чем просто отношения начальника и подчиненной. Поэтому Саймон потерпит и будет встречаться с Марианной вне работы. Ничего страшного.

– А почему он должен относиться ко мне мягче? – задала я следующий вопрос.

– Потому что у Саймона крутой нрав, а ты моя дочь. Не задавай глупых вопросов, если не хочешь услышать глупые ответы.

Все так складно, логично. Только меня никак не покидало ощущение, что папа все это придумал, словно зная, что я начну задавать вопросы.

– А что за проклятье?

По лицу отца я поняла, что он этого вопроса не ожидал. Эх, папа, где твоя логика? Если я слышала про Марианну, слышала и про проклятье.

– Эта шестеренка, за которую ты опрометчиво схватилась, принадлежала королеве Елизавете Катери.

Ходят слухи, что она ее заколдовала, и… не знаю, в общем, мы еще до конца не выяснили. Но шестеренку не снимай. И еще…

Он будто бы замялся, повздыхал, глядя в окошко…

– Если вдруг почувствуешь что-то необычное, не обращай внимания.

– Необычное – что? – Я напряглась.

– Какие-то эмоции, тебе не свойственные, странные ощущения.

Папа замолк, но мне этого было мало.