Невеста темного дракона. Факультет спасения

Зато спокойно помылась, внутренне злорадствуя: даже в таком незавидном положении Темному Дракону можно противостоять.

И это непередаваемое ощущение чистоты и расслабленности… После нескольких неприятных часов общения с Ладоном я чувствовала себя разбитой, уставшей и очень хотела спать. Но прежде нужно было поухаживать за птенцом.

Вдруг вся комната наполнилась тихим, но внушающим ужас смехом Ладона. Я вздрогнула и больно ушиблась мизинцем о косяк.

– Ты – глупая девочка, – сказал Ладон. – От меня не спрячешься за ширмой.

– Ну, знаешь… – выдохнула я. – Под кроватью от тебя, что ли, скрываться?

И, гордо задрав нос, направилась в спальню.

– Давай, хороший мой. – Ларан успел уснуть и просыпаться ради купания не желал. – Ну, дракоша, просыпайся. Надо помыться, надо чуть-чуть погреться. Давай-давай!

Возмущенно что-то лопоча, он все-таки открыл глазки. Жалко было до безумия. Каково это, жить в полной темноте? Надеюсь, я этого никогда не узнаю.

– Прости, малыш, но придется тебе помыться в моей воде.

Зато она горячая, тебе полезно. Вот так.

Он отчаянно цеплялся за краешек ванны, хотя воды там было не так уж и много, часть я испарила, чтобы птенец не захлебнулся.

– Ну, не бойся, это водичка, сейчас мы тебя помоем. Смотри, какая приятная.

Он успокоился, перестал дрожать и жался к моей руке, пытаясь сунуть мордочку мне в ладошку. Осторожными массирующими движениями я начала его мыть.

– Бедный мой, натерпелся. Сейчас с тобой отдохнем. А потом вырастешь большим и сильным драконом, будешь сильнее Ладона!

По ванной пронесся какой-то неопределенный звук, полный сомнения, но я решила игнорировать Ладона и промолчала.

– Давай, тоже будешь пахнуть дыней. – Я капнула немного масла в воду. – Ну вот, умница, больше не боишься. Нет-нет, воду не пей, я тебе принесу чистой, там где-то стоял графин.

Подошел Рыс, с любопытством заглянул в ванну, где плескался птенец.

– Тоже хочешь купаться? – улыбнулась я.

И рассмеялась, когда кот стрелой метнулся в комнату.

Да, в этом Рыс от своих более мелких сородичей не отличался. Мыться он не любил. Впрочем, потом, когда я отнесла Ларана в комнату, мне удалось загнать кота в ванну, пригрозив, что иначе он будет спать на полу. А спать Рыс любил со мной, на мягкой постельке. И хоть отец его за это гонял, не упускал возможности улечься где-нибудь рядом.

Так мы и разместились. Птенец, укутанный в полотенце, на одном краю кровати, Рыс – на другом, и посередине я.