В твоих руках не страшно

Глава 6

Однако, когда мы наконец оказываемся в покоях Тори, первым делом она тащит меня в свою купальню и требует раздеться, чтобы осмотреть и обработать мою спину. Я ещё пытаюсь как-то возразить, но подруга упирается на своём, как всегда яростно доказывая свою правоту. Приходится уступить.

– Это лишния трата времени, – всё же вздыхаю я, сидя обнажённой на мраморной скамеечке и слушая шипящие ругательства Тори за моей спиной.

– Да неужели? – зло бросает она, стирая засохшую кровь с моей кожи.

– К утру всё затянется. Обычно даже рубцов не остаётся. Хотя, в этот раз, конечно, могут остаться – во мне сейчас магии почти нет, – осторожно пожимаю плечами.

– Боги, мне сейчас хочется пойти и убить его. Мне стыдно, что я его дочь, – рычит подруга. И её интонации очень не вяжутся с теми невесомо-бережными и осторожными прикосновениями, которыми она обрабатывает оставленные мне мужем следы от кнута. – Боги, Мина, ты никогда не показывала… Я знала, но… Сейчас так мерзко и гадко себя чувствую… что ничем не помогла тебе раньше… что не нашла способ тебя спасти.

Мне больно на это даже смотреть, а ты спокойно мне говоришь, что к утру всегда заживает. Прости меня.

– Не надо, Тори, – сдавленно прошу я. – Потому и не показывала. Это так унизительно, больно, стыдно. Я… не могла. И старалась тебя оградить от этой грязи. Это не твоя вина. Ты ничего не сумела бы сделать раньше. Ничего не могла изменить. Зато сейчас делаешь для меня столько… Ты жизнь мне спасаешь. Понимаешь это?

Ответом мне служит напряжённое молчание, явно свидетельствующее, что подруга со мной не согласна.

– Так что ты там добыла? – меняю я тему, чтобы отвлечь её.

– Сейчас закончу и покажу, – вздыхает Тори, смазывая мою спину заживляющей мазью. – Ты не одевайся пока, наверное. Так даже удобней будет.

– А к тебе никто из слуг не зайдёт?

– Нет. Её высочество Ланториниаль была очень зла на своих нерадивых служанок, что те слишком долго копались, собирая сундуки с вещами в дорогу.

Парочке особо нерасторопных даже по затрещине досталось. Тем, что больше всего папочке стучат. А потом принцесса всех прогнала и под страхом казни запретила её беспокоить до утра, – кривясь, сообщает мне подруга.

– Затрещин? Ты? – недоверчиво вскидываю я брови, поворачиваясь к ней.

– Представь себе, – получаю в ответ ироничную ухмылку. – Я в последние пару недель изображала совершенно неуравновешенную мегеру, чтобы никто ничему не удивлялся сегодня.