Дети немилости

Юцинеле лежала на потолочной балке, обхватив ее ногами. У нее оставалось еще пять метательных ножей и два белых кольца на аллендорской боевой ручнице. Два заклинания небесного огня, бьющие лучше арбалетного болта, на две сотни шагов, и способные разнести в пыль даже скалу. Почти истощенную ручницу ей отдал Наргияс, уходя к башне. Богатый подарок.

В двухстах шагах от овчарни прорезало гору узкое, от плеча до плеча Неле, ущелье, по дну которого бежал ручей. Боком там мог протиснуться взрослый воин. Если чаары попытаются зайти сзади, через ущелье, Неле обрушит его своды и на время закроет проход.

Может быть, взрывом накроет двух или трех чааров.

Ручница – для дела.

Не для того, чтобы защищаться.

Юцинеле снова пересчитала ножи, кончиками пальцев поглаживая бархатистую оплетку рукоятей. Пять ножей – это, если повезет, пять чааров. Даже из настоящих воинов мало кто лучше нее управляется с таянскими летающими ножами... Еще есть кинжал. Только кинжал не считается. Вряд ли его удастся метнуть, он слишком тяжелый и предназначен для другого.

Кинжал – это значит, нужно подходить вплотную; значит, только один на один. С одним большим, неуклюжим чааром она справится, но если поблизости окажется второй...

Пять ножей.

Неле шепотом нарекла им имена.

Ветер менялся. Совсем недавно отсюда, из бывшей родильной хижины, прилепившейся к крутому склону – повыше над долиной, поближе к небу, – ясно слышались вопли чааров, штурмовавших башню каманара, и боевые кличи тех, кто оборонял ее. Возгласы не стихали, и это значило, что сражение еще идет.

Слышно их стало хуже.

Неле взобралась на балку и прошла по ней к противоположной стене. Пыль и грязь влажной коркой скопились по краям маленького оконца под самой кровлей, но вовсе не поэтому таянка не приближалась к нему вплотную, поглядывая, что творится снаружи. Из хижины видно было ущелье; стало быть, и из ущелья видели хижину.

Если чаары не отыщут этот путь, по нему смогут уйти жители камана – те, кто останется в живых. Разведчики, ходившие ночью через осыпи, сказали, что сюда идет весь Чаарикам, гонят женщин и скот.

Несколько сотен, что напали сейчас, – это передовой отряд, два или три совсем диких кама, те, с кем даже сами чаары предпочитают не иметь дела. Их перебьют. Но к вечеру подойдут остальные; и если каманар с отрядом не успеет вернуться к вечеру, долина падет.

Чаары не отступят.

Им некуда отступать.

...мелкий блик затрепетал и погас. Острым боковым зрением Юцинеле приметила его.