Струны сердца

Светлые крашеные волосы, чуть подчёркнутые чёрным карандашом глаза, как и подобает всем более-менее знаменитым адептам музыкального поприща, бесформенная кепка и легкомысленно расстегнутая на три верхних пуговицы рубашка… Да-да, тот самый парень, участие в группе которого Юта нещадно осмеял.

– Приветствую ваше величество, Такахаши-сама, – насмешливо поприветствовал вошедшего Томору.

– Приветствие принимается… А это кто? – он оценивающе оглядел Юту.

– А разве не вы его приглашали? – вопросом ответил Томору.

– А… пришёл-таки? – обратился он к Юте, когда в его глазах, наконец, появился оттенок узнавания.

– Да, пришёл.

– О-отлично, – растягивая гласные, сказал Такахаши. – Осталось подождать только…

– А где он? – встрепенулась Харука.

– Прямо здесь, – неожиданно раздался знакомый голос.

Мало кто заметил, как Дзюн вошёл в эту комнату, да это было и неважно – главное результат, который стоял прямо перед всеми, в расстегнутой чёрной куртке и футболке с плохо идентифицируемым рисунком, и вертел на одном пальце связку ключей.

– Уже давали гитару? Слушали? – приступил Дзюн к допросу всех, кто находился в подвальном помещении.

– Тебя ждали.

– Тогда начнём! Послушай, – обратился он к Юте, – изобретать ничего нового не надо, просто подыграй мне.

Парень быстро схватил покоящуюся до этого на потёртом диване электрогитару, настроил так, как ему было нужно, поправил ремень, да ещё сделал что-то, что понятно было только ему, что-то вроде заглаживания царапины, прошедшей по доброй половине корпуса, и начал наигрывать мелодию, в принципе, несложную, если вы знаете, что от вас хотят, и уже играли на бас-гитаре по крайней мере полгода.

Для Юты это было в первый раз. Что ж, все когда-то бывает в первый раз. Остальные участники смотрели на него с любопытством. Ещё бы! От него зависела выручка в двести иен, потому как накануне завязался спор о том, продержится ли следующий претендент на вакантное место. За спором последовал и тотализатор. И, тем не менее, о тотализаторе Юта ничего не знал, и просто играл так, как считает нужным, так, что и забыл, что находится в душном подвале среди незнакомых людей, будто существует только он и музыка.

– Принят, – вырвал его из полузабытья голос Дзюна.

– А?

– Говорю, теперь с нами играть будешь. Или не хочешь?

– Хочу!

– Тогда за работу. Начнём с…

– Ты не забылся? – осторожно поинтересовался Такахаши.

Дзюн нехотя смолк, больно уж плохо сохраняя наигранный покорный вид.