Вдохни океан

– Я похожа на идиотку, Кир? Ради шанса вернуться домой я на многое готова! – запальчиво выкрикиваю ему в лицо. Немного успокоившись, продолжаю. – Я всего лишь хочу быть в курсе новостей…

Закрыв ладонями лицо, тяжело вздыхаю. Вся эта ситуация выводит из себя. Кир, сидящий напротив, протягивает через стол руку и проводит по моим волосам, видимо, желая успокоить. Я же напротив моментально напрягаюсь.

– Хорошо, я дам тебе доступ, только не наделай глупостей, – он сглатывает. – Ты не представляешь, как у нас наказывают за такие проступки женщин.

– Так расскажи мне. Чтобы меньше было соблазна.

Замявшись, мальчишка выдаёт мне нелицеприятную правду. Надеюсь, что правду.

– Тебя, конечно, не закидают камнями, как в старину. Но могут обязать меня наказать тебя. И проследят, как я выполнил наказание, Мари. Обычно это розги. И из статуса бейгали тебя могут перевести в рабыни. Боюсь, тебе не понравится.

Мне уже не понравилось! Здесь есть рабство? Хотя о чем я, и свободные-то женщины здесь практически приравнены к рабыням.

– Ты когда-нибудь видел такое наказание? Может это всего лишь страшилки, чтобы женщины были покорнее? – спрашиваю с отвращением.

– Нет, Мари. Не страшилки. Мой двоюродный дед собственноручно высек розгами свою жену. После этого у неё отказали почки, долго она не прожила, – он выглядит так, словно рассказывает о погоде, словно всё, о чём он говорит норма.

– И за какие же грехи? – в шоке выпаливаю я.

– Она изменила ему. С соседом, – как говорит один из моих самых любимых киноперсонажей, забавно до дрожи.

– И это законно?! – не могу не возмутиться порядками этой чёртовой страны.

– Что? Изменять? – с насмешкой спрашивает Кир. Но потом всё же отвечает. – Наказание назначает суд старейшин, а муж обязан выполнить.

Я сижу, как рыба, открывая рот. Во что я, дьявол побери, вляпалась? Вернусь домой, и всегда-всегда буду прислушиваться к мнению Алекса, он же предупреждал! Кир накрывает мою ладонь своей, а я настолько поглощена своими мыслями, что забываю отдёрнуть руку.

– Дай угадаю, соседу за то же самое преступление ничего не было, – горько усмехаюсь.

– Давай не будем о плохом. Мы со всем справимся, просто будь благоразумной.