Выдыхай

Наконец, замечает, что я снова в адеквате.

– Я люблю тебя, Мари, это не изменить. Просто доверься мне.

После только что пережитого страха в его руках так уютно и спокойно, что отодвинуться от него равноценно самоликвидации. Я прижимаюсь крепче, вцепившись пальцами в его как всегда идеально выглаженную белую футболку, утыкаюсь носом в изгиб шеи.

– Я не знаю, что это было, – всхлипываю нервно. – Со мной впервые такое.

– Похоже на паническую атаку, – объясняет очевидное Алекс. – Насмотрелся на подобное в рехабе.

Я отодвигаюсь немного, чтобы видеть его лицо:

– Всё было так плохо, да?

– Ты сейчас о своём состоянии или о моём? – уточняет он.

– О твоём, – говорю тихо. – Когда я в первый раз прочитала, где ты, никак не могла поверить. Это же не про тебя, Алекс.

Он смотрит на меня внимательно, обдумывая ответ.

– Первое время было адски сложно, – признаётся. – Я немного сорвался. С реабилитацией была идея Марка.

– Ну, да, кто бы сомневался, – хмыкаю. Потом замечаю кое-что новое в его облике.

– Когда ты сделал тату?

– Какую именно?

– Я сейчас про ту, что на шее. А что, есть ещё? – раньше не было ни одной.

– Есть. Покажу, если будешь хорошей девочкой, – улыбается соблазнительно. И я не могу не улыбнуться в ответ. Провожу пальцем по своему имени, выбитому на гладкой загорелой коже.

– Так когда? – спрашиваю настойчиво. – В том клипе, который про сны, её ещё не было.

– Ты видела его? У тебя был доступ в сеть? – спрашивает хрипло.

– Был, только вот писать не могла, – я сглатываю, размышляя, почему же так и не попыталась обойти этот запрет. Так глупо. Я испугалась тогда. Может, зря?

– Ты мне эти два года практически каждую грёбаную ночь снилась, – он гладит меня по волосам, успокаивая. – А тату уже была, её отретушировали. Забил ещё позапрошлой весной.

– Ты мне тоже снился. Всё время, – говорю грустно, не уточняя, какой характер носили эти сны.

– В худшую или лучшую сторону?

– Не знаю, просто другой. Я ещё не поняла.

– Наверное, мы все изменились, – шепчет Алекс, укладывая меня на кровать. – Но мы всё ещё мы, малыш.

Он целует так сладко, что остановиться нет сил, и я сдаюсь. Только сегодня, обещаю себе. Один последний раз.

АЛЕКС

Марку удалось всё устроить гораздо раньше, чем мы рассчитывали, и я с радостью принимаю приглашение Лиз.