Эм и Ли

Ещё небольшую вечность спустя мы приезжаем в небольшой салон красоты, где нас проводят в индивидуальную комнату. Кроме мастера нас приветствует невысокая блондинка с идеальным каре. Они с Эвереттом тепло и по-дружески обнимаются, после чего он представляет девушку мне:

– Ли, это Алиса. Она стилист. Мы с ней уже обсудили твой имидж. Мне надо бежать, а ты остаёшься и делаешь всё, как скажет Алиса. Окей? – как будто у меня есть выбор. – Заеду за тобой через четыре часа.

Хейден шустро сбегает из гламурного местечка, оставив меня на растерзание двум женщинам с предвкушающими улыбками.

– Не бойся, Ли, тебе понравится, – вполне искренне улыбается Алиса.

Она была не права, когда говорила, что мне понравится. Я в восторге! Никогда даже не представляла, что могу быть такой, хотя изменения не такие уж и кардинальные. Ряд волос сзади, ближе к шее, выкрасили в ярко-алый, немного придали форму причёске, более чем идеально выщипали брови. А ещё маникюр, педикюр, яркий макияж. На полную эпиляцию велели явиться как только волосы немного отрастут, через недельку.

Блин, чем я думала, когда подписывала этот контракт? Эверетт – садюга. Это всё занимает, конечно, гораздо больше, чем четыре часа, но и Хейден опаздывает. Является ближе к десяти, визажист как раз наносит последние штрихи. Он уже переоделся. Сменил спортивную футболку с тремя полосками на белую рубашку, а штаны на брюки. Разглядывает меня, сложив руки на груди, так внимательно, что мне становится неловко под этим изучающим взглядом. Потом поворачивается к Алисе:

– Супер. Надо ещё тату на плечо и на спину, ближе к копчику, – предупреждая моё возмущение, поворачивается ко мне. – Временную, Ли, не переживай.

– Я уже набросала эскизы, скину тебе на почту завтра, Хейден, – уверяет его стилист. – У меня в машине есть парочка прикидов на пробу, сейчас принесу.

Алиса убегает, а Эверетт подходит ко мне, всё ещё сидящей в кресле, склоняется к самому лицу, положив руки на подлокотники:

– И глаза, – говорит задумчиво.

– Что не так с моими глазами? – спрашиваю, на самом деле размышляя о том, что такая, слишком интимная, близость непозволительна. Непозволительна и будоражит нервы.

– Нужны линзы. Красные, дьявольские. Ты у нас будешь огоньком, Ли.

– Для чего тебе огонь, Хейден – сварить ужин или сжечь целый город?*

Он отстраняется, смотрит удивлённо, и мне тут же становится неуютно без его тёплого дыхания на моей щеке. Сомневаюсь, что Эверетт читал Хемингуэя.