Беспокойные тени

Прекрасный светловолосый юноша в темно-синем камзоле заставил ее сердце дрогнуть. На секунду путешественница даже позавидовала девушке, сидящей рядом с ним. Иногда юноша наклонялся к соседке, чтобы прошептать ей на ухо несколько слов. Девушка смеялась, прикрыв рот рукой, облаченной в тонкую белую перчатку.

Два брата, очень похожие друг на друга, сидели в первом ряду. Они вели оживленную беседу и ловили на себе взгляды статной дамы, сидящей рядом. Возможно, она приходилась им матерью или старшей сестрой – настали времена, когда узнать истинный возраст благородной женщины можно было, только спросив ее об этом напрямую.

Рассматривать зрителей Марте вскоре тоже наскучило, но вдруг ее внимание привлек один человек. Его слишком широкая челюсть и низкий лоб выдавали смешанную кровь, а может, и вовсе не благородное происхождение.

– Ты знаешь человека, который сидит в верхнем ряду почти в центре? – спросила Марта, отвлекая Руди от танцовщиц и флейтиста.

Руди прищурился, ища зрителя, о котором говорила ему Марта.

– Пуговицы? Ты видишь, какого цвета у него пуговицы? – изумился он.

– Ты знаешь, кто это? – переспросила Марта.

– Наверное, граф Инрок. Я его почти не видел, но хорошо знаю даму, которая сидит рядом. Она пару раз заходила в лавку к моему отцу. Это Люсиль Инрок. Она сестра графа.

На даму Марта не обратила внимания, но после слов Руди присмотрелась и к ней.

– Они не сильно похожи на благородных господ, – заметила Марта. – Почему они там, среди богачей из древних родов?

– Граф владеет банком, на крыше которого мы с тобой сидим, – ответил Руди.

Марта кивнула. Не только кровь способна вызывать уважение.

***

– На ярмарку пойдешь? – спросил Руди, когда они с Мартой спустились с крыши. – Там интересно.

– С чего бы им ходить отдельно? – Марта пожала плечами. – Они такие же, как мы. Просто чуть более… утонченные.

С этими словами она смело направилась к площади.

Марта наслаждалась жизнью, пропитавшей Камею в день ярмарки. Горожане улыбались и смеялись, рассматривали и обсуждали товары. Шутили в разговорах с купцами, торговались. Они выглядели счастливыми. По-настоящему счастливыми.