Беспокойные тени

Улыбалась она и лежа на пыльной старой кровати в Доме Путешественника, стоящего на улице Пурпурной Розы в холодном каменном городе, жители которого суетились на площади, готовясь к самому важному дню в году. Им важно было закончить все приготовления до темноты и покинуть цветочные улицы, которые пугали их, даже когда с неба смотрела золотая улыбка месяца.

Вскоре горожане заперлись в домах и легли в постели, застыв на всю ночь в одной позе, словно каменные статуи.

Только Марта спала спокойно. Возможно, она даже улыбалась во сне.

Глава 2

С неба, затянутого тяжелыми тучами, метко стреляло лучами солнце, освещая четыре ряда трибун и деревянный помост, на котором выступали колдуньи в странных нарядах. Трибуны тугим кольцом охватывали площадку. Когда Марта проснулась и вышла из Дома, первым делом она столкнулась с толпой горожан. Они ничего не могли увидеть, но все равно шли на звуки представления.

Марта попыталась проскользнуть в толпу, но тут же получила удар локтем в плечо и грубые слова, запоминать которые ей не позволило воспитание.

– Не пустят тебя.

Худой рыжеволосый мальчишка стоял неподалеку, прислонившись спиной к стене дома и засунув одну руку в карман растянутых на коленях брюк.

– Жалко.

– Им тоже. – Мальчишка оторвался от стены и подошел к Марте. – Твои родные в толпе?

– Да, именно. – Марта энергично закивала головой.

– Значит, забыли о тебе. Ну, мои обо мне тоже, – вздохнул мальчишка. – Сколько тебе лет? Впервые тебя вижу.

– Мне четырнадцать, – сказала Марта, которой пару лет назад исполнилось двадцать. – Мы недавно приехали в город. Я тут никого не знаю еще.

– Меня знаешь теперь! – заулыбался рыжеволосый.

– Марта, – представилась путешественница.

– Прекрасное имя, Марта. Хочешь, я сделаю так, что мы увидим представление?

***

Марта, дочь рыбака. Марта, новая горничная богатых господ. Марта, сбежавшая ученица гимназии. Марта, горожанка Камеи. Когда путешествуешь по деревням и городам, приходится постоянно сплетать узоры жизни, которой не существует. Марта сегодня улыбалась и шутила, а завтра краснела и опускала глаза.