Дрессировщик. Искупление

Да только – зачем ей это? Пусть хозяин сам решает, какой информацией делиться с работниками.

Горько отметила для себя, что иначе как «хозяином» этого, не известного еще ей мужчину, Женя и не называла. Ну а кто он ей, собственно, если не хозяин? Если принять это и смириться заранее, потом будет проще. Наверное. Очень хотелось, чтобы получилось.

Она готова была думать о чем угодно, а самых неприятных вещах, которые могли случиться в будущем… Представлять себе любые извращения, ради которых этот Симонов Валерий решил ее забрать к себе, пугаться, расстраиваться, потом утешать себя, что такое только в ужастиках бывает… Что угодно, только бы не вспоминать.

– Ну, здравствуй, Евгения – свет- Батьковна! – жизнерадостный мужской голос вырвал ее из очередных невеселых дум. Она подняла взгляд от учебника – единственной книги, которая хоть как-то могла отвлечь , но тоже не всегда спасала – на неслышно подошедшего к ней мужчину.

Женя впервые решила выбраться на воздух. Надевать купальник и загорать не решилась – это было бы чересчур смело, на ее взгляд. Но полежать с книгой в шезлонге, слушая, как поют птицы – чем не занятие для человека, обреченно ждущего своей участи?

– Здравствуйте. – Осторожно отложила книгу, села, чтобы хоть немного сравнять положение со стоявшим над ней мужчиной. Так же осторожно следила за ним и молчала.

– Говорят, скучала по мне? Спрашивала, когда приеду? – Высокий брюнет улыбался открыто и дружелюбно, так, словно увидел свою старую приятельницу, с которой сто лет не виделся, и тут вот встретил нечаянно.

– Как я могу скучать по незнакомому человеку?

– Действительно, что это я себе сочиняю? – мужчина снова улыбнулся, протянул ей руку. – Пойдем, пообедаем. Составишь мне компанию?

Женя только пожала плечами. Что ей оставалось делать? Слушать и повиноваться.

– А вы – Валерий Александрович, да? – Бог знает, кто еще мог здесь оказаться.

– Да. Он самый. Но лучше без отчества. Когда молодые девушки так ко мне обращаются, сразу чувствую себя стариком.

В памяти сразу же всплыло, как Игорь просил обращаться к нему по имени, и при каких обстоятельствах это было… И как она волновалась, когда впервые называла его так… Отмахнулась от непрошеной горечи, надеясь, что красные щеки не выдадут с головой.

– Хорошо, Валерий. Постараюсь помнить об этом.