Будет так, как я хочу!

А когда он прижался губами к виску – и совсем нехорошо стало. – Сойдет за то, что ты стесняешься, но глаз от меня отвести не можешь. Не надо всем показывать, как ты сейчас несчастна. Все усилия насмарку пойдут.

Я подняла глаза на него, как и просил. С надеждой, что получится испепелить одной лишь силой взгляда.

– А если они пойдут насмарку? Вы от меня отстанете?

– Вот еще… – Игорь наградил меня такой нежной улыбкой, что захотелось прокашляться. Чересчур это было неожиданно. – Придется менять легенду. Скажем, что я тебя обесчестил, жениться меня заставили… Ближе к правде, конечно, да только никому не выгодно.

– Зато честно! – я все так же прямо смотрела на него. Надеялась хоть немного смутить, стереть с его лица эту наглую, притворную улыбку. Ну, нельзя же вот так притворяться нежным влюбленным, и при этом шантажировать меня! Это что за человек такой, ненастоящий?

Теперь он просто развернул меня к себе, закрыв от всех спиной. Может, и к лучшему: не стоило видеть окружающим, что у нас происходит.

– Ты хочешь выглядеть в чужих глазах жертвой? Дурочкой, которую сначала затащили в постель, а потом захотели бросить? И замуж взяли только потому, что папочка заставил?!

– Неееет… Я вообще никак не хочу выглядеть! Я не знаю здесь никого, какое мне дело, что они подумают обо мне и наших отношениях?

– Настя. У тебя два варианта: либо счастливая влюбленная, либо обманутая дурочка. Все. Больше ничего не остается. И я могу притворяться довольным женихом, а могу – несчастным, которого ведут под венец на аркане.

– Господи… Как вы меня достали все… Хоть в монастырь иди…

– Я тебя сейчас опять целовать начну. При всех. – И он, действительно, взял меня за подбородок. И явно прицеливался к моим губам.

– Ты что, с ума сошел?

– Вот. Теперь опять на лице заиграли краски. Я доволен. – По его наглой роже растеклась улыбка сытого кота.

– Ты – подлый манипулятор! – Руки чесались, чтобы заехать ему по лицу.

– И ты в меня влюблена. Помни об этом, детка, помни! Или придется целоваться… Выбирай!

– Гарри, и как же ты прятал от нас такую красотку? Разве так можно? – нашу милую беседу прервал мужской голос. Залесский напрягся, прямо на глазах превращаясь из довольного котяры в собранного, опасного хищника. Медленно, словно нехотя повернулся к собеседнику, позволяя и мне посмотреть на мужчину, что решил нам помешать.