«Подарок» на день рождения

Затем сунул псевдопистолет за пояс брюк и, накрыв сверху рубашкой, быстро сбежал по лестнице во двор, к машине.

Отчима он догнал на тихой, почти безлюдной улочке и коротко посигналил. Василий обернулся, но, увидев знакомый автомобиль, весь как-то сразу напрягся.

– Садись, подвезу, – бросил ему Вадим в открытое окно.

– Нет, спасибо. – Отчим в знак протеста мотнул головой. – Сам дойду.

Вадим проехал чуть вперёд и перегородил ему дорогу.

– Садись, разговор есть. – Он перегнулся через сиденье, распахивая перед Василием дверцу.

Отчим беспомощно огляделся по сторонам и нерешительно полез в салон, сильно ударившись при этом головой о стойку. Как только дверь захлопнулась, Вадим рванул с места. Покрышки с визгом выбросили под днище машины сухой песок и мелкие камешки. А уже через несколько мгновений они с отчимом на большой скорости мчались в сторону заброшенных складов.

– Куда ты меня везёшь? – испуганно запротестовал Василий. – Моя мастерская совсем в другом направлении.

Он попытался на ходу открыть дверцу, но Вадим опередил его, заблокировав все замки.

– Лучше пристегнись и получай удовольствие.

Они заехали на территорию складов – кругом разруха, тишина и покой. То, что нужно для задуманной операции. Вадим велел отчиму подниматься на крышу здания. Увидев пистолет, Василий без лишних вопросов принялся карабкаться по усыпанной битым кирпичом лестнице наверх, словно хотел убежать. Вадим едва поспевал за ним. И чем выше они забирались, тем меньше ему нравился этот безумный план.

Двух минут не прошло, как они оба оказались на ровной площадке из бетонных перекрытий, щедро залитых гудроном. Громыхая ржавым железом и спотыкаясь о старые поддоны, Василий испуганно пятился назад. До тех пор, пока не закончилась крыша. Дальше отступать было некуда.

Вадим подошёл к краю.

– Ну всё, папенька, молись, моё терпение лопнуло, – для усиления эффекта медленно поднёс к его виску руку с пистолетом. – Сам прыгнешь или помочь?

Глаза отчима широко распахнулись, напоминая два куриных яйца, губы задрожали. Он как подрубленный упал на колени.

– Ваденька, родной, не губи!

Бедолага на самом деле поверил в скорую расправу.