Время жестоких чудес

Что царапает ее изнутри, откуда тревожное ощущение, будто она забыла что-то важное? Ксеня снова уставилась в учебник.

«Сократ считал, что никто не делает зла по своей воле».

Далее следовали принципы деонтологии. Деонтология, от греческого deon, «должен», – это и есть медицинская этика, изучающая нормы морали и нравственности, нормы взаимоотношения врача и пациента. Врач должен… пациент должен…

Ксене не нравилось слово «должен», когда речь заходила об отношениях людей. Сформулированные мертвыми греками нормы преподносились как единственно верные, но что, если мертвый грек или автор учебника ошибается? Как нащупать нормы в отношениях не только с пациентами, но и с остальными людьми вокруг? По каждому спорному вопросу лезть за подсказкой к грекам?

Ксенин взгляд зацепился за фразу «по благословению Святейшего Патриарха Алексия II при Московской патриархии был создан Церковно-общественный совет по биомедицинской этике».

Ну конечно, без церкви никуда.

Ксеня вздохнула и затолкала учебник в сумку.

Скоро выходить. Через проход стоял тощий мужичок в грязной рубашке и брюках с расстегнутой ширинкой. От него разило перегаром, он, казалось, прислонился к окну, чтобы тонкая шея не надломилась под тяжестью несоразмерно большой головы. Глаза смотрели бессмысленно, рот был раззявлен в кривой ухмылке.

Ксеня брезгливо отвернулась. Если бы взгляд можно было протереть влажной салфеткой, испачкавшись, она бы сейчас сделала это с удовольствием. Очевидно, что никакие правила этики, что бы там ни формулировали мертвые греки или попы с золотыми крестами на груди, не распространяются на подобных… существ.

Жизнь, конечно, хочет жить среди жизни, но должна же быть разумная граница, определяющая само понятие живого?

Мягкий голос объявил следующую остановку. Ксеня прижала сумку к груди и стала осторожно протискиваться между людьми. Ей пришлось пройти рядом с большеголовым мужичком, и она задержала дыхание.

Ксеня постаралась выкинуть мысли о греках, патриархах и деонтологии из головы и сосредоточиться на по-настоящему важных вещах.

По-настоящему важным был «кирпич».

Так студенты-первокурсники назвали сочетание двух пар – анатомии и гистологии – в один день. Если осенью им казался немыслимым объем знаний, который они должны зубрить на анатомии, то с января к немыслимому объему прибавился еще один, такой же.

В первый день после каникул они пришли на пару по гистологии.