Город Птиц

– Вижу, пора тряхнуть стариной. Надеюсь, я еще не разучился играть, – сказал Генри и сел за белый рояль, разминая шею, пальцы и спину. Рэю показалось, что хруст его позвонков слышен даже за пределами комнаты. – И я, конечно, ни на что не намекаю, но кажется кому-то пора распеваться.

– О, чудесно. Без тебя бы не догадалась. Где эти несчастные ноты?

Так как до этого девушка молчала, сейчас Рэй не мог не отметить, насколько у нее был чистый и звонкий голос, чуть-чуть низкий, контрастирующий с детской внешностью, но нежный и переливчатый.

Также возраста добавлял грубоватый акцент, очень похожий на тот, что был у Генри. В это время Паулина с Генри тихо обсуждали нотную партитуру и Генри для пробы взял несколько аккордов, на бумаге исправляя что-то карандашом.

– Вы что, сами песню придумали? – из любопытства спросил Рэй.

– Ну да, – ответил Генри, почесывая карандашом затылок. – А иначе старик скажет, что он это уже слышал, верно?

– Верно, – ответил Врановский-младший, видимо радуясь, что разговор наконец-то снова сошелся на нем.

 – Но мы также запишем и кое-что из классики. Отрывок из “Города Птиц”, тот, что самый известный.

– Отлично, – пробормотал Рэй, ярый ненавистник этой оперы. – Можно спросить, Фил?

– Да?

– Чего ради ты пытался вывернуть кишки бедному устройству?

– Просто я слышал, что чтобы записать музыку, нужно поставить пластику и просто повернуть иглу наоборот, – пожал плечами мальчик.

 – Ну что, Рэй, дружище, как мы будем записывать?

– Думаю, для записи нужно собрать рекордер, – тихо сказал Рэй скорее самому себе, чем кому-либо в этой комнате, тем более что слушал его только Филипп: Генри и Паулина увлеченно обсуждали песню. – Нужно взять вертушку, на столик положить чистую пластинку, установить над ней аппарат, поставить иглу на место и резать дорожки.

– Звучит здорово. И просто.

– А чтобы сделать аппарат, нужен механизм для резки, алмазный резак, микроскоп с 40-кратным увеличением, лампы, несколько кабелей и адаптеров, пустая пластинка… – Рэй еще некоторое время перечислял предметы, о которых читал в книгах и о которых рассказывал ему учитель, с каждой секундой все больше осознавая, что ничего из этой затеи не выйдет, так как даже он не совсем понимал, что скрывается за некоторыми умными словами.