Василина для шейха

В горле пересохло, а во рту до сих пор ощущался привкус его дикого желания, похоти и грязи, что мне никогда не смыть с себя.

– Аллах! Аллах! Что он сделал с тобой? – в шатёр вошла Агая, покачав головой, – Сейчас, сейчас, девочка, – она достала из своей сумки, какие-то мази и поспешила меня ими натирать.

Не помню, как я отключилась, видимо закрыла глаза и погрузилась в сон от усталости, и боли во всём теле.

Меня разбудили громкие крики:

– Встречайте! Уважаемый, Ибн Башар приехал! Наш Эмир!

Я привстала от услышанного.

На горизонте показался Эмир и Бахти, они как две капли воды похожи друг на друга, только Бахти выглядел моложе своего отца.

– Рад видеть тебя, сын мой, – они обнялись, – Где мой подарок?

– Отец, я испортил твой подарок, – стоит напротив, говоря серьёзным тоном Бахти.

Правитель быстро снял тёмные очки и скривился в лице, холодно произнося:

– Поговорим об этом в Каире. Собирайся и девку с собой возьми, – развернулся и куда-то ушёл.

Я тут же спросила у Агаи, она сидела рядом и перебирала, какие-то травы в пакете:

– Агая, у Башара есть ещё сыновья, окромя Бахти?

– Тихо, думай, что говоришь, а если кто-то услышит, – с опаской посмотрела на выход из шатра.

– Просто ответить, Бахти единственный сын или ещё есть сыновья? – тихим голосом спрашиваю.

– Побойся Аллаха, девочка. Почему задаёшь такие вопросы? – удивлённо спросила, завязывая узел на ручке пакета.

– Есть или нет? – повторяю вопрос.

– Нет. Господин Бахти – единственный наследник Ибн Башара.

Меня оглушил ответ женщины и до оцепенения поразил. Теперь уже я смотрела сквозь женщину, а она негодующе, с растерянностью разглядывала меня.

– Девочка, ты, чего это?

Как я сразу не узнала его? Это же Демид, мой друг детства и сын тёти Милены. Тот, кто дёргал меня за косички и дарил ручной работы браслеты, ради моего внимания и дружбы.

– Не пугай. Чего это, ты, так побледнела? Тебе плохо? – она продолжает что-то спрашивать, но я уже ничего не желаю слышать и слушать.

– Агая, как она? – его голос лезвием прошёлся по сердцу.

– Господин, я за всю жизнь не видела в глазах человека столько отчаяния и безысходности, сколько увидела в её глазах, – поникши, выпалила женщина.

Шейх провёл рукой по воздуху перед моим лицом и не получил никакой реакции. Из глаз выступили слёзы и медленно стали скатываться по моим щекам.