Не лечи меня…

– Вот эта пигалица в кожаных штанах? – полковник пошел красными пятнами от возмущения, – да никогда в жизни я не доверю жизнь ребенка этой престарелой байкерше, где главврач этой больницы.

Медсестры замерли, ожидая дальнейшего развития событий, зная крутой нрав Марьяны ожидали, что сейчас рванет бомба.

Марьяна набрала в грудь воздуха, приблизилась к полковнику и, тыкая пальцем в грудь, начала отповедь:

– Ах ты солдафон несчастный, если бы ты по ночам дома ночевал, а не радисток в части тискал, то доченька твоя распрекрасная не каталась по ночным трассам с байкерами, а спала дома и не надо…

Продолжить Марьяна не успела, в приемный покой ввалились одновременно родственники Гарика, армянская их часть и начальник полиции города со своим другом – начальником ГИБДД.

– О, цирк с конями подвалил, точнее кони без цирка, – прокомментировала их появление Марьяна, – вы где ходите, мы вас тут заждались, вон успели даже с полковником любезностями обменяться.

Начальник ГИБДД сразу выдвинулся вперёд в сторону полковника:

– Товарищ полковник, отпустите девушку, – глядя на вояку прожигающим взглядом, выдал сходу.

Полковник в пылу пререканий не заметил, как схватил Марьяну за предплечья и крепко сжал. Сама же Марьяна на боль от хватки полковника внимания обратила мало, обратилась к начальнику ГИБДД:

– Державин, вот ты знаешь, почему мы с тобой десять лет назад как развелись, так мало общаемся?

– Ты это сейчас хочешь выяснить? – задал Влад уточняющий вопрос, понимая, что если Марьяна начала говорить останавливать ее бесполезно.

– А развелись мы потому, что ты вечно лез в мои дела и стремился решать все за меня, вот чего ты сейчас прицепился к полковнику, мне может, нравятся его сильные руки, меня, знаешь ли, давно никто такими крепкими руками за тело не трогал.

– У тебя же синяки останутся, – оправдывался Влад.

– Так то ж буквально следы страсти, давайте полковник, оставьте на мне больше меток самца, – чуть хрипловатым голосом, имитирующим страсть, обратилась к полковнику.

Тот чуть не подскочил на месте, резко разжал руки, удерживающие ее, и отодвинулся в сторону.

– Вот видишь, Державин, я сама справилась, а ты иди Люсе помоги, она у нас девушка беззащитная, ей как раз такой мачо как ты нужен, она давно по тебе сохнет, и борщи варить умеет и пироги печет, все как ты любишь.

Люська, сидящая на шкафу, от такой рекламы густо покраснела и опустила глаза вниз, боясь встречаться с окружающими взглядом.