Наваждение

Я немного успокоился и стал выбирать брюки и рубашку, попросив Вику мне помочь. Она равнодушно порылась в моем тряпье и бросила на кровать одежду.

– Думаю, это подойдет. Прилично и не пафосно.

– Согласен.

Мы вышли из номера, почти помирившись.

В ресторане было свежо и уютно. Посетителей было много, но столик на двоих все же нашелся. Он был в самом углу, возле окна. Окно было открыто, и снизу доносился рокот прибоя и запах водорослей. Я церемонно подвинул стул Вике, и когда она села сел сам и взял в руки меню.

Пока наш заказ выполнялся, я попросил принести бутылку вина и бутылку коньяка. Вика удивленно приподняла бровь.

– Я же сказал, что хочу напиться.

Она промолчала. Я налил нам по фужеру вина, и мы выпили. Заиграла музыка, и раздалось пение. Грустная мелодичная песня на итальянском языке. Рояль стоял в другом конце зала и в нашем краю звук был едва слышен. Принесли заказ, и мы так же молча принялись за еду. Вино закончилось, и я принялся за коньяк.

Вика пила из своего фужера медленными глотками, наслаждаясь напитком.

– Тебе нравиться музыка? – Она в первый раз за вечер задала мне вопрос.

– О да! Превосходный тенор!

– Не юродствуй!

– Я и не юродствую. Мне, правда, нравиться. – Я чувствовал, что пьянею.

– Пойдем поближе, в бар. Допьешь свою бутылку там.

Я не возражал. Мы переместились поближе к тенору, но мягкий диван практически возле рояля. Тенор заливался соловьем, я пил, Вика молчала. Я даже не помню точно, сколько это продолжалось, потому что я заказывал еще спиртное, и откровенно напивался.

Периодически у меня случались моменты просветления, и я ловил взгляд тенора, пристально смотрящий на Вику. Она улыбалась ему и хлопала в ладоши. Потом я снова погружался в омут беспамятства, а жизнь текла параллельно сама по себе. Вроде бы потом музыка смолкла, тенор сел за наш столик, и они начали беседовать с Викой, но все это я помню очень смутно. Наконец кто–то толкнул меня в бок. Я встряхнулся. Это была Вика.

– Дорогой, ты чрезмерно нагрузился. Нехорошо спать у всех на глазах. Пойдем. – Она взяла меня под руку и сделала попытку приподнять.

На нетвердо стоящих ногах я встал и покорно пошел за ней – я и сам чувствовал, что спать у всех на глазах это очень стыдно. Стараясь не потерять равновесие, держась за Вику, я дошел до нашего номера и рухнул на постель.

– Иди ко мне… – во мне вдруг пробудилось желание.